Газета выходит с октября 1917 года Sunday 21 апреля 2019

Ирония страстей

В МДТ — Театре Европы сыграли «Бесплодные усилия любви» — остроумный, энергичный спектакль, где молодые люди потешаются — не поверите — над молодостью. Ближайшие спектакли — 26 и 28 мая.

Доля шутки

Разумеется, ни в одном другом театре, кроме МДТ Льва Додина, такой спектакль родиться не мог бы. Пьесу «Бесплодные усилия любви» обычно ставят как непритязательную шутку, пополняя ею дефицит комедий в репертуаре. Особенно ее любят разыгрывать молодые актеры - в том числе и возрастные роли. Особой достоверности тут вроде бы не требуется, даже наоборот: старики у талантливых молодых артистов выходят просто-таки уморительными. Вчерашние выпускники Льва Додина, образовавшие с сентября молодую студию МДТ, так поначалу и отнеслись к комедии Шекспира - как к безделушке. Ровно так «Бесплодные усилия любви» играет по другую сторону Фонтанки, в Доме Кочневой, молодежь Театра «Пушкинская школа», выученики Владимира Рецептера: резвятся напропалую, не стыдятся капустного толка шуток, развлекаются и зрителей развлекают.

Лев Додин, взявшись за Шекспира, на сей раз вовсе не отказался от идеи развлечения публики, но с этого спектакля, как и с других, фундаментальных созданий этого режиссера, уходишь с внушительным багажом идей для дальнейших размышлений. И не то чтобы шутки при этом имеют горький привкус - вовсе нет. Просто их не назовешь пустышками. Шутки в театре Додина, как вообще все, что здесь происходит, исключительно содержательны.

Превратности сюжета

Сюжет у Шекспира чрезвычайно прост. Король Наваррский и двое его придворных клянутся на пушечный выстрел не подходить к особам женского пола целых три года (которые намерены посвятить учебе и только учебе), но и нескольких часов не проходит, как они забывают обо всем на свете, кроме трех прекрасных гостий - принцессы Французской и двух ее подружек. Веселиться можно над уязвленными кавалерами, над путаницей с письмами и подарками и над нелепыми фарсовыми героями, которые добавляют действию низового площадного юмора. Это старик дон Адриано де Армадо, полубезумный рамолик, влюбившийся вдруг в миловидную крестьяночку. Это констебль Антуан Тупица, который всюду сует свой нос. И наконец, пастух Башка, которого частенько изображают шутом, потому что забавные глупости сыплются из него беспрерывно - страдает он или радуется.

Рокировка

Лев Додин предложил решение неожиданное. Фарсовые персонажи и персонажи высокой комедии на сцене поменялись местами. Спектакль начинается впечатляюще: трое молодых людей в одних, можно сказать, набедренных повязках стоят на голове, кувыркаются и ходят колесом среди необъятных стволов, которые насажал художник Александр Боровский (действие происходит в королевском парке). Ассоциации возникают исключительно анималистические, и заранее понятно, насколько невыполнимы для этих юных самцов взятые обязательства - так же невыполнимы, как стремление мещанина во дворянство. То есть нет у них иных шансов, кроме как быть безжалостно осмеянными. Занятнее всего, что актеры Владимир Селезнев (король Фердинанд), Александр Морозов (Бирон) и Павел Грязнов (Лонгвиль) и сами насмехаются над своими героями: катаются по земле, визжат и стонут от страсти самоотверженно, то есть теряя всякий человеческий облик. Не жалеет Додин и дам. Героини Лизы Боярской (Розалина), Дарьи Румянцевой (принцесса; в другом составе принцессу играет Алена Старостина) и Елены Соломоновой (Мария) выглядят сначала как молодые козочки, а потом как ощутившие свою природную власть над существами противоположного пола прелестные хищницы. Особенно забавно наблюдать за графом Бойе - героем Александра Завьялова, который отправился сопровождать трех юных девиц, а оказался жертвой необузданных страстей трех самочек. Виртуозно придуман и словно по нотам исполнен финал, который следует за маскарадом, где девушки меняются украшениями и запутывают кавалеров. Король с друзьями является, чтобы вопреки всем клятвам пригласить гостий во дворец, и ноги ведут его к принцессе, а нюх тянет к Розалине - Боярской. То же самое проделывает Бирон. Побеждает, разумеется, нюх.

Дворяне при таком раскладе абсолютно ничем не отличаются от резвого сатира Башки (Олег Рязанцев). А вот констебль Тупица у Додина оказывается вовсе не так глуп, как у Шекспира. Олег Дмитриев играет «человека в черном», отутюженное и зализанное существо, которое в жаркий день среди голых господ смотрится весьма уместно и, более того, ощущает нерушимость своего положения. Пожалуй, он даже страшен в этом сознании своей нужности, незаменимости и едва уловимого превосходства: без таких слуг закона королю будет уже не до плотских безумств.

Отдельно стоит сказать об оппозиции безумию страстей. Об истинной любви, которую играет - и грандиозно - старожил труппы МДТ Игорь Иванов. Его дон Адриано - рыцарь печального образа, и чувство великой любви, свободное, а точнее, не зависящее от плоти, в итоге не способна игнорировать даже дуреха Жакнета (Алена Старостина, Дарья Румянцева). Это то чувство, которое превращает безумца в поэта и возвеличивает тех, кто его вызвал. Даже голые ноги, торчащие из-под белой рубахи дона Адриано, и платок, закинутый на плечо на манер плаща, не могут заставить потешаться над этим страдальцем, только сочувствовать. И это эффект, который очевидно важен и необходим режиссеру. Апофеоз зрелой, сознательной, ответственной любви - то, ради чего спектакль затеян.

Жанна ЗАРЕЦКАЯ

Фото Виктора ВАСИЛЬЕВА

↑ Наверх