А мы разве не за президента голосуем?

Петербуржцев, которые не читали газет, смущал новый принцип поиска своего стола

Участок №1340. Два часа дня. Корреспондент «ВП» в очереди к председателю территориального избиркома.

Разговор двух женщин.
— Следующие выборы в марте?
— А в марте мы кого будем выбирать?
— Как кого? Президента!
— Не поняла... А сегодня мы кого тогда выбираем?

Последняя женщина — уже на улице корреспонденту «ВП»:
— Вообще-то я пришла голосовать за Путина... Хотела уйти. Но Путин говорил, нельзя не голосовать. Взяла бюллетени. Ну и проголосовала за партию Путина. Народ там перечислен, конечно, не ахти какой, но больше не за кого.

Петербуржцев, которые не читали газет, смущал новый принцип поиска своего стола. Не по адресу, как они привыкли, а по первым буквам фамилий. Вошедшие организованной стайкой бабушки растерялись, начали задавать вопросы:
— Вот нас сюда голосовать прислали с Красного Курсанта. Сюда? Хорошо. А где наш стол? По первым буквам фамилий? Как это? Мы в одном доме живем, а к разным столам идем. Это нарушение наших прав!

Кстати, корреспондент «ВП» поинтересовался у самой говорливой, кто же это их сюда прислал. Но товарка толкнула боевую подругу локтем в бок:
— Никто нас не присылал. Мы сами пришли.

Еще одно наблюдение не в пользу организации выборов. К председателям территориальных участков стояли очереди. Оказалось, очень многие не нашли себя в списках. И этих председатель заносила в бланки вручную.

Корреспондент «ВП» спрашивал у всех, кто же составлял эти неполные списки. Ему отвечали: Центризбирком.

И еще: я не знаю, как должен происходить оборот бюллетеней. Но, по-моему, это неправильно, когда все члены комиссии судорожно звонят куда-то с мобильных и требуют бюллетеней, которые у них то ли кончаются, то ли пропадают.