Газета выходит с октября 1917 года Saturday 23 ноября 2019

Джон Ноймайер: Я всю жизнь пытаюсь разгадать тайну Нижинского, но так и не преуспел в этом!

В Театральном музее выставлена личная коллекция выдающегося хореографа

 

Выставка организована как одна из акций III Международного фестиваля «Дягилев. Постскриптум» совместно с Фондом Ноймайера. Маэстро сам представил свое собрание произведений искусства, посвященных Вацлаву Нижинскому, личностью которого он заворожен с самого детства. Особая гордость коллекционера — портреты гениального танцовщика, выполненные Амедео Модильяни, Густавом Климтом, Жаном Кокто, а также рисунки самого Нижинского.

Джон Ноймайер привез на фестиваль балет «Дама с камелиями», который покажут в Михайловском театре


В центре зала — знаменитый костюм Нижинского из «Видения розы», предоставленный Академией русского балета им. Вагановой. Это творение Льва Бакста. Самый первый эскиз, как вспоминает в своей книге Ромола Нижинская, Бакст сделал прямо на танцовщике, нарисовав на его рубашке. Затем Бакст раскрасил кусочки шелковой чесучи в различные оттенки розового, лилового, красного. Лепестки художник вырезал из ткани всегда сам. Некоторые из них были тугими, упругими, другие свисали свободно, закручиваясь, будто слегка увядшие. Эти лепестки приходилось каждый раз нашивать на облегающий комбинезон заново. 

Публика в Париже, завороженная балетом, в котором Нижинский являлся прекрасным призраком, жадно ожидала его фантастический прыжок в самом финале, когда он, вопреки законам гравитации, перелетал через всю сцену. Впрочем, впечатление поразительной легкости было обманчивым, Ромола Нижинская вспоминает, как за кулисами Вацлава ожидали несколько человек, один из которых сразу приступал к массажу сердца, а второй прикладывал к его лицу мокрые полотенца.

Джон Ноймайер рассказал, что для него коллекция произведений искусства, связанных с Вацлавом Нижинским, очень личная: «Я никогда не рассматривал это собрание как способ вложить капитал, как это часто делают на Западе, покупая произведения искусства. Каждый предмет коллекции имеет свою историю. Я мог бы долго вспоминать, как обнаруживал вещи, связанные с моим кумиром, как гонялся за ними по свету, как перевозил через границы, как ждал порой по двадцать лет, как добывал... Эта коллекция — мое вложение в мир. Я просто хотел сохранить память о гении балетного искусства и о человеке, чья судьба была сложной и трагичной».

На фестиваль г-н Ноймайер привез один из своих самых знаменитых балетов «Дама с камелиями», который покажут на сцене Михайловского театра.  

«Я выбрал этот балет («Дама с камелиями») потому, что он в определенном смысле стоит в центре моего творчества, — рассказал Джон Ноймайер. — В нем сочетаются элементы классического танца с современным видением балета, не имеющим уже никакой связи с традициями XIX века. Почти все мои работы многолики, поэтому мне всегда нелегко выбрать какое-то одно произведение. Я уже привозил этот балет в Петербург, он шел на сцене Мариинского театра. Но мы дали там всего одно представление. И во время представления я пришел в ужас: театр был переполнен, люди в партере и ложах сидели, стояли, нависали над галеркой, толпились в проходах... Я испугался, что театр развалится!»

Костюм Вацлава Нижинского из «Видения розы»

Прямая речь

На вопрос вашего корреспондента, чем его так завораживает личность Вацлава Нижинского, Джон Ноймайер поначалу отшутился: «Чтобы ответить, мне пришлось бы написать книгу вот такой толщины!» (показав на лежавшую на столе новенькую книгу балетного историка Натальи Зозулиной о нем самом). Но потом разговорился: 

— Когда я был еще ребенком, то жил в очень маленьком американском городке, где вообще не было театров, тем более балетных. Инстинктивно я чувствовал, что принадлежу с рождения танцу, но я не знал, что мне с этим призванием делать. В местной библиотеке было примерно пять книг о балете. Я прочитал их все от корки до корки, пытаясь ответить себе на вопрос, в чем заключается моя судьба. Одна из книг называлась «Трагедия Вацлава Нижинского» и была написана его соучеником по балетной школе. Это была очень эмоциональная, очень личная книга, потому что в ней Нижинский представал не только гением танца, но и человеком, не застрахованным от страданий и бед. Я имел возможность в детстве видеть всего несколько балетов, причем с галерки. И этот мир представлялся мне таким прекрасным и недостижимым, что я не мог даже подумать о том, что когда-нибудь буду принадлежать к нему. С этой книги начался мой долгий путь открытия Нижинского, который продолжается по сей день. Я всю жизнь пытаюсь разгадать тайну этого человека, но так пока и не преуспел в этом.

 

↑ Наверх