Газета выходит с октября 1917 года Sunday 17 ноября 2019

Ил-2 станет экспонатом

После нашей публикации директор Военно-морского музея Руслан Нехай встретился с поисковиками и пообещал, что все переданные ими находки будут оформлены по закону

Все экспонаты, которые были переданы в дар Центральному военно-морскому музею членом поискового отряда «Невская оперативная группа» и Информационно-аналитического центра «Помним всех поименно» Андреем Федотовым, будут оформлены официально: сначала их примут на временное хранение, а потом, после проведения экспертизы, — на баланс. Такое решение после нашей публикации «В военных музеях вместо боевых наград выставлены муляжи» за 27 мая 2015 года было принято новым директором ЦВММ Русланом Нехаем буквально через два дня — 29 мая. Дарителям остались формальности — написать по форме заявление в адрес музея.

Напомним, что 27 мая мы подняли тему отношения музеев к посетителям и обращения с экспонатами.

Бронекапсула самолета Ил-2, сбитого на Невском пятачке 18 января 1943 года Фото: предоставлено поисковым отрядом «Невская оперативная группа»

Первый вопрос касался экспонирования боевых российских и советских наград в Центральном военно-морском музее и в Музее артиллерии, инженерных войск и войск связи. Большинство орденов и медалей сделаны из драгоценных металлов и камней. По закону они хранятся в особых условиях и не могут выставляться в тематических залах. В итоге выложены муляжи, но на стендах нет ни слова о том, что представлены копии, а не оригиналы.

Второй вопрос касался оформления, а вернее, неоформления экспонатов, переданных музею дарителями. Речь шла об уникальных лабораторных артиллерийских весах, походном подсвечнике времен войны 1812 года и военном телефонном коммутаторе на 10 абонентов, найденном на Невском пятачке, переданных Артиллерийскому музею, а также об останках самолета Ил-2, переданных Андреем Федотовым в филиал ЦВММ — в музей «Дорога жизни». Это было несколько лет назад, а официального оформления экспонатов на хранение музеем сделано не было.

Наша статья 26 мая вечером появилась на сайте «Вечернего Петербурга» vppress.ru, а 27 мая в газете. Но, видимо, электронной версии было достаточно, поскольку в 9 часов утра 27 мая Андрею Федотову позвонил директор ЦВММ Руслан Нехай и пригласил на встречу.

Встреча прошла в пятницу. Пришли Андрей Федотов и его коллега, аналитик из ИАЦ «Помним всех поименно» Елена Седова. На ней обсуждалась судьба переданных в дар экспонатов. Выяснилось, что кроме бронекапсулы от Ил-2 Андрей в 2009 и 2011 годах передавал в музей «Дорога жизни» еще три экспоната: фугасный немецкий огнемет, пенал для хранения заряда морского орудия калибра 152 миллиметра и выпиленный кусок дерева с вросшим в него крылом советского самолета.

Первые два экспоната были найдены на полуострове Рыбачий в Баренцевом море. В годы войны там размещалась батарея 152-миллиметровых орудий, которая обеспечивала проход знаменитых полярных конвоев и защищала Мурманск — отбивала все атаки немецкой армии и флота.

А уникальное дерево росло во Всеволожском районе у поселка Самарка. Поисковикам это дерево показали охотники. Судя по всему, во время войны где-то неподалеку разбился и взорвался самолет, часть крыла упала на небольшое тогда деревце. Которое, взрослея, буквально обняло ветвями этот осколок войны и в объятиях подняло на высоту 5 метров.

Ни один из экспонатов не оформлен, но при этом все артефакты войны экспонируются. К ним приходят посетители, изучают.

Как рассказали корреспонденту «ВП» Андрей Федотов и Елена Седова, Руслан Нехай встретил их очень тепло:

— Мы увидели, что этот человек очень заинтересован в развитии музея. Он принял нас, рассказал, что музей должен работать для посетителей, что все его экспонаты — народные и для народа. Рассказал, что долгое время музей «Дорога жизни» был в забвении, и он очень рад, что сейчас пошло финансирование.

В общем, Руслан Шамсутдинович пообещал, что все экспонаты будут оформлены как полагается. А полагается так: сначала музей принимает предметы на временное хранение, потом комиссия специалистов проводит экспертизу, описывает экспонаты, после чего их уже принимают в фонды.

В общем, как сказал Андрей Федотов, они вышли из музея с надеждой, что вся эта эпопея закончится положительно.

Мы рады, что публикация сдвинула эти вопросы с мертвой точки. Однако ни Военно-морской музей, ни Артиллерийский музей не ответили нам на вопросы об аспектах хранения и экспонирования боевых наград.

Пока верстался номер 

Андрею Федотову пришло благодарственное письмо из Артиллерийского музея по одному экспонату, но его статус и судьба остальных пока не ясны.

↑ Наверх