Не стало Александра Житинского

Известный писатель, драматург и издатель скончался в Финляндии 25 января

«Папа.... Не верю, что его больше нет», — написала в блоге дочь писателя Ольга Петрова.

Александру Житинскому буквально на днях исполнился 71 год.

Он родился 19 января 1941 года в Симферополе в семье военного летчика. В 1965-м окончил Ленинградский политехнический институт.
Писал романы («Потерянный дом, или Разговоры с милордом», «Фигня», «Государь всея Сети» и «Плывун»), повести, рассказы, стихи; фантастику и литературу для детей.

Занимался отечественным рок-движением, организовывал фестивали и выпустил книгу «Путешествие рок-дилетанта». Был главой издательства «Новый Геликон» (впоследствии — «Геликон Плюс»), директором Центра современной литературы и книги, учредителем арт-клуба «Книги и Кофе», вел интернет-дневник maccolit в Живом журнале, публиковал интернет-авторов... Всего сейчас не охватить взглядом. Поймем позже, когда увидим пустоту, оставшуюся на месте этой замечательной жизни.

Писатель Валерий Попов:
— Сашу я знаю с его появления в литературе. Он был очень ярким, веселым человеком. Любил приключения. Мы с ним вместе куролесили и веселились. Потом он немножко остепенился и всю свою энергию перенес на дела и на творчество. Он был кумиром читателей, его юмористические повести шли на ура, зачитывались до дыр во всех НИИ. Он ведь был и замечательным детским писателем, сочинял озорные повести.
Голова у него работала замечательно: он придумывал такие сюжеты, что произведение становилось сразу безумно занимательным. Его энергии хватало и на другое: он вводил в литературу передовые технологии, занимался электронными книгами. Я надеюсь, что его дело продолжится, а его увлекательные книги будут читать новые поколения. Саша прожил красивую жизнь.

Критик, публицист Никита Елисеев:
— Сказать хочется так много... В 70-е годы XX века Александр Житинский был одним из немногих писателей, благодаря которым интеллигентный Ленинград мог улыбнуться, открыв страницы журнала. Это очень важное свойство — учитывая возможности цензуры в то время.
Я говорю «улыбнуться», но Житинского нельзя назвать юмористом. Даже в его самых смешных текстах всегда есть глубокое ощущение трагедии. Там присутствует чувство неустройства жизни. И сильный человек, каким был Житинский, обречен на попытки исправления этого неустройства.
При этом он — пожалуй, единственный в России случай юмориста как такового. У нас всегда возникает смех сардонический, смех отвержения этого мира. Но чего у Житинского не было — так это истерики, отрицания.
Только в Питере стали появляться добрые юмористы, которые принимают этот мир. Самым добрым и мягким был юмор Житинского. Я думаю, что это было связано с его исключительным мужеством.