Газета выходит с октября 1917 года Wednesday 21 октября 2020

«Папа ушел в ополчение воевать!..»

В культурно-досуговом центре поселка Агалатово под Петербургом оборудован пункт помощи приехавшим с Украины

Просторный холл обычного казенного учреждения. Коляски. Разбросанные игрушки на полу. У окна — ящик с яблоками и апельсинами. В отдельном закутке — пакеты с одеялами, крупами, подгузниками: их фасует сбившаяся с ног девушка-волонтер. Стайка детворы с криками изучает свое временное пристанище. На скамейке утирает слезы женщина с ребенком на руках. В агалатовском пункте помощи — 57 человек, 19 из них — дети.

В КАЖДОЙ КОМНАТЕ ПО 6 — 12 ЧЕЛОВЕК

— Оборудовали центр за два-три дня на базе здания, которое находилось в аварийном состоянии, — рассказывает директор поселковой школы искусств Наталья Бородкина. — Поняли: что-то делать надо. Активное участие приняла местная администрация — оперативно отремонтировали теплоузел, установили душевые. Из военной части привезли списанную мебель. По административным каналам заявили: готовы принимать. На прошлой неделе прибыли первые семь человек...

По словам Натальи, приезд беженцев стал для агалатовцев неожиданностью — так быстро, мы еще не готовы! Спустя пару дней поступили еще пятеро. А в субботу, 5 июля, приехал целый автобус — 45 жителей Луганской и Донецкой областей.

— В каждой комнате у нас живут по 6 — 12 человек, — продолжает Бородкина. — Есть кухня. Игровая комната для детей. Продукты и вещи приносят местные жители. Помогают благотворительные организации. Предприниматели. Вчера позвонил мужчина: «У меня продуктов немного, можно привезти?» — «Конечно!» И привез 500 кг муки, 700 кг гречки, рис, квашеную капусту. Даже не назвался. Сказал: «Максим» — и уехал. Птицефабрика несколько коробок замороженных цыплят отправила. Вещи, продукты беженцы берут сами — все, что необходимо, бесплатно…

Одеждой и продуктами людей обеспечили.

«ЖДЕМ РЕШЕНИЯ ПО ХАБАРОВСКУ»

— Долго не уезжали, надеялись на что-то, — рассказывает свою историю 38-летний Эдуард, приехавший из городка Свердловска Луганской области. — У меня двое детей — 1,5 и 7 лет. Рассудили так: если не уехать сейчас, потом не вырвешься, границу перекроют. Сначала прибыли в Гуково, в лагерь для беженцев в Ростовской области. Там нам предложили: есть возможность полететь в Хабаровск — люди на Дальнем Востоке нужны, иностранцам предоставляются квоты на получение российского гражданства. Согласились. Потом нас переправили сюда. Ждем решения по Хабаровску.

По профессии Эдуард — мастер-взрывник. 15 лет проработал на шахте. В Свердловске осталась квартира, которой, возможно, уже нет: когда уезжал, рядом занимала дислокацию танковая колонна украинской армии. Говорит, что когда-то табуретки своей не было. Сейчас обустроился. И вот — все прахом. Но обратно возвращаться не хочет — беспорядок, репрессии.

«ДОЧКУ СПАС КАПЮШОН ОТ КОЛЯСКИ»

Виктория выехала из многострадального Славянска. В Ленобласть, где живет ее родная тетка, прибыла с 10-месячной дочкой, мамой, бабушкой, родственниками. Месяц жили вдевятером в однокомнатной теткиной квартире. Сейчас переехали в пункт помощи — попросторней, полегче. О произошедшем на Украине вспоминает со злостью.

— 28 мая бомбили Славянск. Мы в парикмахерской были. Мама и племянник подстригались. Я с дочкой на улице гуляла. Снаряд упал с другой стороны дома, но взрывной волной выбило все стекла вокруг. Благо доченька спала — я ее капюшоном в коляске накрыла. Кусок стекла как раз упал на капюшон — спас ее. А другой осколок мне в руку воткнулся.

Ниже локтя на руке женщины краснеют рваные рубцы.

«ДОМА СПРЯТАЛАСЬ ПОД КРОВАТЬ»

На контакт приехавшие с юго-востока Украины идут с опаской: «Только не называйте фамилий, у нас там родственники остались». Все в ожидании помощи, какой-то зацепки: «Главное, устроиться на работу. Обратились в ФМС, но это процедура долгая — «нужно прийти через месяц».

— Я из поселка Новотроицкое Донецкой области, — сообщает Анна. — Мы ехали в Эстонию, там у нас родня. Но в Ивангороде получили от ворот поворот — нет загранпаспорта на двухлетнюю дочь! Вернулись в Питер. Куда податься? Повезло — созвонились с кумом, он дал телефон знакомых из Славянска, которые нам рассказали про этот центр…

12-летняя Маша из Луганска говорит, что в центре ей нравится. Новые друзья. Весело. Безопасно.

— Перед отъездом видела, как самолет подбили, — говорит Маша. — Я испугалась, побежала домой, под кровать спряталась. А папа нам запретил по-украин­ски говорить. Сказал: «Так бандеры разговаривают!» А потом он собрался уходить. Мама не пускала его. За руки хватала. Они поругались. А потом он ушел все-таки. Папа на войне у меня.

P. S. Когда верстался номер, стало известно, что на общем собрании беженцам объявили: на Дальний Восток их, вероятнее всего, не отправят — информация об этом поступила из самого Хабаровска (желание выехать туда в Агалатове выразили около 20 человек). Между тем задерживаться на месте ни у кого желания нет: «Нужно определяться с жильем, занятостью». Дело усугубляется тем, что для официального трудоустройства необходимо оформление статуса беженца. А при оформлении этого статуса власти Украины запрещают въезд таким гражданам на свою территорию в течение 5 лет (у многих дома остались родственники). Ситуация остается неопределенной.

Теперь беженцам нужны статус и трудоустройство.

↑ Наверх