Газета выходит с октября 1917 года Sunday 26 марта 2017

Полина СИДИХИНА: Мечтаю сыграть князя Мышкина

Молодая актриса снимается вместе с отцом, а критику получает от мамы

Сейчас мы можем увидеть Полину Сидихину на телеэкране — в сериале «Последняя встреча» о 1980-х годах. Молодая актриса исполнила одну из главных ролей — отважной сотрудницы КГБ Лики Барышевой. Работа в сериалах — не единственный вид творчества для Полины: она играет Ассоль в мюзикле «Алые паруса», Аглаю в «Идиоте» и Анфису в «Страданиях юного Бальзаминова» — спектаклях петербургского театра «Мастерская» (художественный руководитель Григорий Козлов). Мы поговорили с Полиной о ее семье, работе и тайных желаниях.

Для съемок Полина научилась скакать на коне, как заправский наездник. Фото: из семейного архива Сидихиных

Папина дочка
— Полина, твой папа Евгений Сидихин — известнейший артист, звезда кино… Мешает или помогает тебе  фамилия?
— Я поступала в Театральную академию на курс Григория Михайловича Козлова под маминой фамилией — как Полина Борковская. Но у меня же на лице написано, что я папина дочь! Поэтому временами приходилось доказывать, что я и сама что-то могу, что я здесь не просто так. Спустя какое-то время однокурсники говорили: «Прости нас, мы думали, ты избалованная, а ты классная!» Во время учебы у нас никому скидок не было, кто чей сын или дочь, это ни на что не влияло.

— Каков Евгений Сидихин как отец?
— Дай бог такого отца каждому. В силу занятости папа проводил со мной не так много времени дома, но я с ним ездила на съемки, ходила на все его спектакли, с детства знала любой закоулок БДТ. В десять лет играла там ангела в дипломном спектакле Светланы Свирко «Десять минут без ангела». Роль была без слов, но выходов много.
Папа всегда меня защищал. Мама у нас строгая, она постоянно заставляла меня заниматься музыкой. Если во время ненавистных музыкальных уроков дома был папа, он всегда уводил меня от инструмента: «Хватит, не нужно ей это пианино. Она у нас и так талантливая». Он с самого раннего моего детства видел во мне личность. Может, из-за этого я и выросла быстрее, и рано повзрослела, как мне кажется.

Полина считает Евгения Сидихина самым лучшим отцом в мире . Фото: из семейного архива Сидихиных

— Ты уже в детстве решила стать актрисой?
— Да, конечно, ведь я выросла в театральной семье. Моя мама по профессии актриса кукольного театра, она играла главные роли, я все их знала и любила, когда была совсем маленькой. Но потом, когда папа стал неплохо зарабатывать, мамочка подарила себя нам.
Не только наши знакомые, но и люди, которые видели меня впервые в жизни, говорили про меня: «Да она прирожденная актриса!» И это помогло мне. Я тоже поверила, что буду актрисой, — у меня даже не было мандража при поступлении. Думала, поступлю — отлично, нет — значит, так надо.

— А если бы не поступила? Кем бы тогда стала?
— Я об этом много думала, но поняла, что ничем не смогла бы заниматься, кроме актерства. Сидеть на лекции по физике? Да у меня от этого, как сейчас говорят, мозг бы вынесло!

— Вместе с папой ты играла в сериале «Литейный-4», в только что вышедшем сериале «Последняя встреча» он играет отца твоей героини. Как вам работается вместе?
— Что интересно, если в «Литейный» меня подтянул папа, то в «Последнюю встречу» — я его. Меня утвердили на главную роль (я играю очень способную ученицу школы КГБ, которую потом нелегалкой забрасывают в чужую страну), а потом долго думали, кого пригласить на роль отца моей героини. Наконец режиссер Александр Аравин решил, что лучше настоящего папы актера не найти. А вместе нам работается замечательно. Папа, как никто другой, может незаметно дать дельный совет на съемочной площадке. И у нас появляется лишнее время для общения — ведь дома мы не так часто бываем все вместе.

Сравнений не боюсь
— А в театре тоже скоро премьера?
— Недавно состоялся предпремьерный показ, а 2 сентября — премьера спектакля «Зори здесь тихие», который поставила наша однокурсница Полина Неведомская по повести Бориса Васильева. Спектакль очень пронзительный и поэтичный. Я играю Женю Комелькову.

— Не боишься повторений и сравнений со знаменитым фильмом, с Ольгой Остроумовой, сыгравшей в нем Женьку?
— Еще когда я училась на втором курсе, меня пригласил  Раймундас Банионис на роль Ассоль в спектакль «Балтийского дома» «Алые паруса». И мы с мамой думали, как не повториться, не стать похожей на Анастасию Вертинскую. Но, не поверите, я фильм не смотрела, поэтому и копировать ее не могла. Здесь тот же случай: повесть я читала, а всем известный фильм, снятый еще в начале 70-х Станиславом Ростоцким, пока не смотрела. Но обязательно посмотрю.
Мне кажется, когда человек на сцене, то из зрительного зала всегда видно, кто он на самом деле. И если я, Полина, внутри с гнильцой, то и чистой Ассоль, и трагически прекрасной Женьки из меня не получится. Думаю, гораздо тяжелее не повторить саму себя. Поэтому сравнений с другими я не боюсь совсем.

— А чего-нибудь боишься?
— Смерти.

— ???
— Мне так хорошо живется, что не хотелось бы уходить.
А в профессии, как любой актер, я очень боюсь, что меня перестанут хвалить. Я без этого не могу. Если даже  спектакль прошел хорошо и я сама это чувствую, мне нужно, чтобы мне об этом еще кто-нибудь сказал.

— А как насчет критики?
— У меня дома такая критика… На моих премьерах всегда бывают родители, потом мы садимся дома и мне в  течение полутора часов устраивают полный разнос: это я не так сделала, то я не так сказала. Больше всего критикует мама: «Ты, доченька, молодец, но вот здесь лучше сделать так». Если бы не наша мама, ни меня, ни папы как личностей и как актеров не было бы.

Сейчас моя главная задача — работать
— Полина, поделись: каким должен быть твой избранник?
— О, как это тяжело. Папа у меня такой умный, такой красивый, такой шикарный. Я смотрю на него и хочу, чтобы в моей жизни был такой же мужчина. Не знаю, как сложится дальше, но сейчас я замуж не стремлюсь. Я не то чтобы свободу люблю, но мне не важен штамп в паспорте. Мне кажется это совершенно неважным для нашего времени. Вот раньше это было да! Свадьба была настоящим событием, к ней было другое отношение — как к чему-то святому. А сейчас это переросло в соревнование: у кого платье дороже, и ресторан круче, и бриллиант больше. Сейчас я ставлю перед собой задачу — работать. Без работы я просто задыхаюсь. Если нет съемок или спектаклей, я начинаю что-нибудь придумывать: моделирую и шью одежду, пробую писать картины маслом. Не скажу, что делаю это профессионально, но мне необходимо куда-то тратить энергию.

— Можешь работать бесплатно?
— Могу. Когда это достойная работа… Ведь репетируем же мы сейчас в театре абсолютно бесплатно! Но если речь о сериалах, то вряд ли. Это совсем другая история. Хоть я и живу вместе с родителями, но с восемнадцати лет сама себя обеспечиваю. Что касается настоящей благотворительности, то я всегда мечтала поработать в детском доме. Я могла бы заниматься с детьми, книги им читать, ставить вместе с ними спектакли. Правда, позвонив как-то в детдом, я поняла, что просто так быть полезной невозможно: надо собрать кучу справок, медицинскую книжку сделать. А потом я познакомилась с девочкой, которая ездит в больницы к онкобольным детям. И я поехала вместе с ней в Песочный, где мало кто бывает. Они такие маленькие, лысые… Мы с ними играли, хохотали. Это совершенно непередаваемое чувство, когда видишь, как настрадавшийся ребенок, глядя на тебя, начинает улыбаться.

— Есть у тебя заветные желания?
— Я бы князя Мышкина попробовала сыграть. Думаю, у меня бы получилось. Я знаю наизусть все его монологи, мне кажется, я понимаю саму суть образа. В историческом кино хочу сняться. Мне очень идут кринолин, шляпки, кружева, как будто я в то время должна была родиться.

Беседовала Лариса ЗОРИНА
↑ Наверх