Газета выходит с октября 1917 года Tuesday 27 октября 2020

В Эрмитаже проводили белые ночи и показали Висячий сад

Реставрация уникального сада «Семирамиды Севера» длилась восемь лет

Для всех, кто так или иначе связан с Эрмитажем, стало традицией отмечать Новый год утром 31 декабря в музее, на открытии последней выставки года. И — провожать белые ночи в июле. Корреспонденты «Вечернего Петербурга» отмечают этот немного грустный романтический праздник в Эрмитаже уже много лет. За это время программа праздника не повторилась ни разу. 

В будущем году здесь появятся тюльпаны сорта «Эрмитаж».


Однажды проводы белых ночей прошли в библиотеке музея, где Михаил Борисович Пиотровский читал стихи арабских поэтов на языке оригинала (он свободно владеет несколькими европейскими языками, но как востоковед превосходно знает арабский). А был год, когда все вместе отправились на кораблике в Усть-Ижору, где посетили храм Святого Александра Невского. Ходили в гости к эрмитажным кошкам, обитающим в подвале. Собирались на эрмитажном чердаке. А в 2009 году прогулялись белой ночью по музейной крыше. И каждый раз потом в одном из дворов Нового Эрмитажа торжественно зажигали старинный фонарь с подъемным механизмом, символизирующий завершение романтических белых ночей, которые стали, как нынче принято говорить, одним из брендов Петербурга. За происходящим, как правило, внимательно наблюдали эрмитажные кошки, прогуливающиеся на свежем воздухе. 

В этот раз проводы белых ночей начались в Висячем саду Малого Эрмитажа, реставрация которого только что завершилась. И даже проливной дождь не помешал нашему фотокору запечатлеть уникальный сад северной Семирамиды (одно из прозвищ основательницы Эрмитажа императрицы Екатерины Великой) во всей красе. Реставрация сада продолжалась восемь лет.

«Висячий сад надо чинить каждые тридцать лет, иначе он начинает протекать, — рассказал Михаил Борисович. — Перед началом реставрации в 2004 году было много дискуссий — как именно его реставрировать: воссоздавать ли тот его облик, к которому привыкли посетители музея в XX веке? Вернуться ли к начальному периоду, который был знаком Екатерине, эдакому саду на крыше XVIII века? Но это бы не получилось. Историческая реконструкция — это фантазия». В отличие от Русского музея, решившего радикально изменить облик Летнего сада, Эрмитаж выбрал вариант сохранения знакомого облика, руководствуясь вариантом архитектора Василия Стасова, восстанавливавшего многие интерьеры Зимнего дворца после страшного пожара 1837 года. Даже растения были высажены согласно архивному реестру. Теперь тут есть боярышник, кизильник, малина, клен душистый. Сейчас не сезон для тюльпанов, но они здесь будут, пообещал Михаил Пиотровский, в том числе и тюльпаны сорта «Эрмитаж», выведенные голландскими специалистами специально для музея: «Уже в сентябре мы ждем прибытие партии тюльпанов этого сорта». 

Долго спорили о том, стоит ли воссоздавать стеклянный купол, возвышавшийся над садом в XIX веке. От этой идеи все-таки отказались. Сегодня эрмитажный сад — единственный в своем роде. Больше висячих садов под открытым небом в Европе нет. Тем не менее сад императрицы — заколдованное место. Благодаря тому что он замкнут со всех сторон (с одной стороны — Павильонный зал со знаменитыми часами «Павлин», с трех — галереи), здесь свой микроклимат.  Даже листопад тут начинается значительно позже, чем в городе. А цвести сад начинает ранней весной.

↑ Наверх