Газета выходит с октября 1917 года Monday 21 октября 2019

Деревья в Летнем саду живут по законам леса

О том, как помочь им выжить, как вылечить больные деревья и как избавить их от синдрома хронической усталости, корреспондент «Вечёрки» Наталья Шкуренок разузнала у Елены Штиглиц, главного ландшафтного архитектора Русского музея.

О том, как помочь им выжить, как вылечить больные деревья и как избавить их от синдрома хронической усталости, корреспондент «Вечёрки» Наталья Шкуренок разузнала у Елены Штиглиц, главного ландшафтного архитектора Русского музея.

 

Почти знакомый пейзаж.

 


Вязы умирают стоя

— Видите вон ту наклонную липу? Мы специально подтянули ее к лиственнице! — Елена Штиглиц показывает на кроны деревьев. — Потому что липа нависает над дорожкой и угрожает посетителям, а лиственница прямая. Мы рассчитали прочность лиственницы и притянули липу к ней на тот случай, если липа под ветром будет слишком сильно наклоняться.

— Деревья в Летнем саду — это как человеческое сообщество, это группа живых существ, при этом — совершенно несчастных, — говорит Елена Штиглиц. — Мы любим рассуждать: ой, Летний сад помнит Пушкина, ой, как романтично! Но все забывают, что деревья в саду мучаются и безумно страдают!

Дело в том, что деревья в Летнем саду живут по законам леса. А лес — это ежедневная жесткая конкуренция за свет, питательные вещества, это бескомпромиссная борьба за выживание. В Летнем саду происходит то же самое, но еще и в стрессовых условиях мегаполиса — загазованность, отравленная земля, кислотные дожди, смог. Поэтому деревья болеют: в результате инфекции, которую распространяет крошечный жучок, закупориваются сосуды, проводящие по дереву питательные соки. Постепенно засыхает периметр кроны, потом ствол, и вязы гибнут стоя и молниеносно — дерево может погибнуть за 2 — 3 месяца, независимо от диаметра ствола. И даже если не все деревья в Летнем саду заражены, то от синдрома хронической усталости страдают все.

В прошлом году из Летнего сада убрали 36 вязов, в этом году уберут остальные. И это делают по всему городу.

 

Сквозь трещину в этом дереве виден Спас-на-Крови.

 


Липа как птица феникс

Некоторые деревья выглядят буквально как сказочные монстры: огромные дупла, уродливые наросты на стволе. И это, кстати, оказываются в первую очередь липы.

— Возраст этого дупла — более ста лет, дереву около 250 лет, оно одно из старейших, поэтому мы его лечим и сохраняем, — рассказывает Елена Штиглиц. — Такие дупла образуются в результате повреждений, это бывшая морозобойная трещина, от сильных морозов сок внутри превращается в лед и разрывает ткань ствола. Сначала это тонкая трещина, потом она разрастается, туда попадают грибки, инфекция — как у человека, если у него трескается от мороза кожа. Мы обрабатываем дупла и трещины специальными составами, удаляем инфекцию, и дерево потом нормально живет.

Затем трещины и дупла стягивают стяжками, и постепенно рана затягивается — ведь дерево живое, нарастает свежий камбий, это свежая древесина. Кстати, при советской власти дупла просто заливали цементом, и в результате дерево гибло, это как если гнойную рану заклеить пластырем, упаковать в полиэтилен — от этого кости гнить начнут, не то что древесина.

 

Деревья Летнего сада больны хронической усталостью. Они — как пожилые люди: почти никто не сохранил прямую осанку.

 


— Самый больной вопрос — убирать или не убирать деревья, — говорит Елена Штиглиц. — Даже если дерево наполовину срезано, но оно стоит здесь со времен Растрелли и через трещину в его стволе можно сфотографировать Спас-на-Крови — мы будем его сохранять как можно дольше. Но немало деревьев нужно убирать.

По периметру всех дорожек и аллей будут посажены шпалеры, это почти 8 километров. Деревья, которые окажутся на пути шпалер, уберут, а деревья внутри боскетов — участков, окруженных шпалерами, — оставят. Шпалеры будут трех уровней высоты: в первом Летнем саду на основных аллеях будут 3-метровые стены, которые создадут зеленый фон скульптуре. Во втором Летнем саду будут пониже — 2 м и 1,7 м, то есть в рост человека, что не позволит посетителям заглядывать внутрь боскетов.

Часть деревьев — молодых и здоровых, растущих на месте будущей оранжереи или фонтанов, — пересадят на другие места. Удачей считают ландшафтники и опыт по пересадке в Летний сад ели обыкновенной — любимого дерева Петра Первого. Сейчас елки прижились, хотя им было нелегко, дали новые побеги. Правда, стоят они ужасно чумазые — липкая черная сажа от выхлопов машин буквально стекает по иголкам. Так что елки вскоре будут мыть.

Брусничный партер в интерьере сада

Стало окончательно ясно, что аптекарский огород рядом с Малой оранжереей будут восстанавливать с фонтаном, как это было при Петре Первом. Потому что наконец-то найдена кирпичная кладка фонтана.

 

Елена Штиглиц показывает дерево, которому 250 лет. Несмотря на возраст, его решили сохранить. Жить будет!

 


— При оранжерее был красный сад — аптекарский огород, где росло много растений, которые Петр Первый привез из Европы, — диковинных для нас, — рассказывает Елена Штиглиц. — Сюда, например, Петр впервые привез картошку, и мы ее тоже здесь покажем.

Цветов в новом Летнем саду будет не много — главным образом в Аптекарском огороде. Зато внутри боскетов посадят большое количество ягодных кустарников барбариса, жимолости, спиреи. Первая машина из Германии с кустарниками и крупномерными деревьями для Летнего сада уже идет в Петербург. Так что в будущем, как надеются ландшафтники и садоводы, здесь поселится много полезных птиц, которые выживут отсюда ворон.

Не будет цветов и в партере — там создадут изгородь... из брусники. Петр Первый привозил самшит, буксус, который у нас не зимует, в России ему было слишком холодно. Питерские садоводы предложили заменить самшит брусникой — она вечнозеленая, отлично стрижется, листики похожи на самшит. В Летнем саду высадят садовую бруснику сорта «Коралл» — кустики высотой 20 — 25 см, из которых получится отличный бордюр. Остальные цветы будут расти в кадках.

— В регулярных садах не всегда было много цветов, это в первую очередь жесткая геометрия стрижки, четкие линии аллей, осветленные кроны, — рассказывает Елена Штиглиц. — И знаете, какой интересный эффект дало кронирование? До стрижки наших деревьев из космоса была видна просто масса зелени. А сейчас из космоса уже виден просвет, видны аллеи. Так что мы теперь даже из космоса выглядим как регулярный сад, а не просто чаща-роща.

Фото автора

↑ Наверх