Газета выходит с октября 1917 года Friday 20 сентября 2019

Гоблин: Пора менять свое отношение к переводу

Мы часто слышим фразу «фильм в переводе Гоблина». К этим словам можно относиться по-разному, но в том, что работа будет выполнена качественно, никто уже не сомневается. Корреспондент «Вечёрки» побеседовала с Дмитрием Пучковым, известным как Гоблин, и расспросила его о «трудностях перевода» в кино, а также о Каннском фестивале, где он побывал в этом году.

Мы часто слышим фразу «фильм в переводе Гоблина». К этим словам можно относиться по-разному, но в том, что работа будет выполнена качественно, никто уже не сомневается.

Корреспондент «Вечёрки» побеседовала с Дмитрием Пучковым, известным как Гоблин, и расспросила его о «трудностях перевода» в кино, а также о Каннском фестивале, где он побывал в этом году.



Меня считали главным «пиратом» всея Руси

— Дмитрий, вы давно занимаетесь кинопереводами. А что изначально привело вас в такую неизведанную тогда еще область?

— Когда СССР распался, в нашей жизни появилось множество новых областей приложения своих сил, только никто не знал, как к ним подступиться. Специалистов не было, и готовить их было негде. А я всегда иностранные языки любил — в школе изучал немецкий, потом много английским занимался: ведь в период «железного занавеса» так хотелось знать, о чем поют зарубежные звезды. Без знания языка этого было не понять.

— И вот «занавес» рухнул...

— Тут же бурным потоком хлынули первые видеокассеты с фильмами. Послушал я один перевод, другой — и ужаснулся.

— Что же вас так потрясло?

— Я не обвиняю сейчас первых переводчиков. Понимаю, в каких условиях они работали: на потоке, в сжатые сроки. Да и переводить «со слуха» фильмы — дело неблагодарное, тем более что в каждой ленте, особенно криминальной, столько нюансов. Вот и получался вольный пересказ. А пересказ — это все-таки далеко не перевод.

— Была ли лента, переполнившая чашу вашего терпения?

— Наверно, это вторая и третья «Матрицы». Дублировали их по старинке. И в самый напряженный момент, когда решались судьбы героев, в кинозале стоял гомерический хохот. То есть переводом достигли противоположного эффекта — вот что потрясло. Между прочим, как раз эти ленты не дублировались «с колена», ими занимались так называемые профессионалы. Что же это за специалисты такие? Вот я и задумался всерьез о собственном переводе.

— Какой фильм был первым?

— «Путь Карлито» Брайана Де Пальмы. Сделал перевод для своего друга — он по технике большой специалист, даже в то время смог совместить изображение и мой текст. Такой «видак», что-то типа современного караоке, тогда безумных денег стоил, 1000 долларов, как автомобиль «Жигули». Я себе такой роскоши позволить не мог, а приятель мой все сделал отлично, звук с изображением свел. Получилось здорово. Он и мою работу тоже высоко оценил. Так мы фильмов десять переозвучили — «Чужие», «За пригоршню долларов», «Однажды на Диком Западе».

— С этого и началась ваша новая карьера?


— Нет, активизировал я свою деятельность с появлением DVD. Это дало широкий простор — ведь все приличные диски снабжены субтитрами, необходимыми для правильного перевода ленты. Мало кто учитывает, что английские фразы на 25 процентов короче русских. Значит, переводчик, чтобы уложиться во времени, должен выдавать текст более короткий и емкий. А это непросто.

— Помните свой первый успех?

— Он пришел с фильмом «Большой куш» Гая Ричи. Не самый легкий для перевода фильм, но народу понравилось. Через неделю перевод оказался в Сети, а через месяц уже радовался весь Интернет.

— Завистников, небось, сразу нажили?

— Просто обо мне стала молва идти, будто я — главный «пират» всея Руси (улыбается). Но я же бывший оперуполномоченный, законы знаю, никаких нарушений не было и нет, тут не подкопаешься.

Самое трудное для переводчика — шутки

— Псевдоним Гоблин появился, когда вы «Властелина Колец» озвучили?

— Нет, Гоблин — это еще со времен моего увлечения видеоиграми. Это был мой любимый персонаж.

— Интересно, а любимый перевод имеется, который для души?

— Пожалуй, «Криминальное чтиво» Квентина Тарантино. Тогда многие, кто знал ленту наизусть, удивлялись: «В этом месте же шуточка должна быть!» Да нет ее в оригинале! Это переводчик придумал, а я перевел как следует, отчего фильм только выиграл, засверкал новыми красками. Пора менять свое отношение к переводу. Он точным быть должен, максимально близким к авторскому тексту.

— Чувствуется, ваши старания прокатчики заметили...

— Американцы очень ревностно следят за продвижением своих фильмов, тем более что Россия в последнее время играет все более активную роль на рынке. Прокатчики понимают, что перевод очень важен, и студия «Парамаунт» в свое время обратилась ко мне с просьбой поработать над «Отрядом «Америка». Ведь, как я уже говорил, в любом фильме самое трудное для переводчика — шутки. А я смог уловить настрой фильма — он же от создателей скандально известного «Южного Парка». Много острого юмора, но мы все перлы «запикали», так что моя слава как человека, «не стесняющегося в выражениях», тоже явно преувеличена. Просто наши зрители прекрасно понимают, что именно «запикали», и это их веселит.

В Канне стоя аплодируют всем. Это — традиция

— Вы побывали в этом году на Каннском кинофестивале...

— На фестивале меня больше интересовала не конкурсная программа, а вопросы рынка, продвижения фильмов. Ведь в конкурсе участвовало 20 лент, а на фестивальном кинорынке более четырехсот картин.

— Вы выбирали то, что будет интересно российскому зрителю?

— Да, с моим мнением считаются те, кто закупает фильмы для России, — за годы у меня накопился большой опыт по части того, что нравится россиянам. Некоторые ленты едва начинаются — я уже вижу, годятся они или нет для отечественного проката.

— Были ли такие в этом году?

— На меня наибольшее впечатление произвел «Ирландец» с Рэем Стивенсоном. Криминальная драма по типу «Славных парней» Мартина Скорсезе.

— Его купили?

— Да, скоро увидим эту ленту.

— Комедии хорошие посмотрели?

— Отличный фильм «Таккер и Дэйл против зла» я отметил еще на фестивале в Берлине. Это своеобразная пародия на «Пятницу, 13-е». Молодежи фильм должен понравиться.

— А разочарования были?

— Мне казалось, что перспективен фильм «Центурион». Но, увы, смешение стилей, отсутствие четкого сюжета, на мой взгляд, не позволят ленте добиться успеха.

— Сколько же вы всего фильмов отсмотрели?

— По три-четыре ленты в день. Умножьте это на продолжительность кинофорума.

— В этом году вы посетили и другой крупный форум — в Берлине. Какой фестиваль произвел большее впечатление?

— Каждый по-своему интересен, но немцы впереди планеты всей по части организации: всё очень удобно, четко, всё рядом. Французы более эмоциональны, да еще и фестивальные «объекты» разбросаны по всему побережью. Могут даже в Монако пригласить — всего 40 минут езды на электричке. В общем, разные они, эти фестивали, и, наверно, так и должно быть. Так интереснее.

— Не могу не спросить о реакции на фестивале на новый фильм Никиты Михалкова. Говорят, зал аплодировал стоя.

— Стоя там аплодируют всем. Это традиция. Но мне кажется, лента эта — яркий образец того, что в нашей стране художник работать без давления сверху не может. Вот думали: все шлюзы откроются и на экраны шедевры хлынут. Ан нет! Раньше отечественное кино и лучше, и честнее было. Режиссеры наши под прессом должны быть, как в скороварке. А сейчас гонка за конъюнктурой идет. Первый фильм «Утомленные солнцем» всем угодил, ну а этот не вписался «в поворот».

— Знаю, что одно время вы увлекались смешными переводами рекламы...

— Было дело. Только я к этому охладел. Крупные фирмы требуют, чтобы я не отходил от утвержденных текстов. И в чем тогда юмор будет заключаться? Просто прочитать смешно готовый текст? Это не для меня! Я лучше фильмы переводить буду.

— Как вы поддерживаете контакт со своими почитателями?

— У меня давно уже существует сайт, на него заходят в среднем 70 000 человек в сутки, более одного миллиона посетителей в месяц. И эта цифра растет. Так что я — еще и лидер Интернета (смеется).

Беседовала Анна ЕФИМОВА

Фото Натальи ЧАЙКИ



«Властелин колец: Две сорванные башни»

Вторая часть мегаблокбастера «Братва и кольцо»


Бывший мордовский интеллигент Голый ведет на свою малую родину носителя зловредного кольца Федора Сумкина и его друга Сеню Ганджубаса.

Агроном, Гиви и Логоваз ведут преследование банды педофилов из первой серии.

Сарумян, сын Вассермана и шестерка Саурона, осуществляет акт агрессии против Незалежной Рохляндии. Перед лицом нависшей опасности сильно пьющий атаман Борис принимает решение всем колхозом спрятаться на даче.

На помощь обороняющимся дачникам подтягиваются Саша Белый со своей бригадой и заградотряд эльфийских стрелков «Белые колготки»...

(Пример переосмысления Гоблином известного фильма)


Герой фильма рассказывает о том, как пришли в клуб:

— We come into the club one night and there’s Carlos, the bartender. He’s a wetback. He’s a friend of mine.
Перевод в фильме:

— Ну, прихожу я как-то вечером в клуб. Смотрю, за стойкой бармен Карлос, он был ее тайный воздыхатель.

Комментарий Гоблина:

Он не «тайный воздыхатель», а wetback (мокрая спина) — незаконный иммигрант из Мексики. Ранее мексиканцы пересекали границу США вплавь через Рио-Гранде, и задерживали их мокрыми — откуда и название. А потом пахали в американском сельском хозяйстве — с мокрыми спинами, что тоже является одной из версий возникновения названия. Бандит называет мексиканца Карлоса своим другом — остальным бандитам страшно весело, потому что на самом деле ни о какой дружбе и речи быть не может.

(Пример неправильного перевода одного из американских боевиков)

↑ Наверх