Газета выходит с октября 1917 года Saturday 17 ноября 2018

Граф Толстой не стеснялся участвовать в рекламе

Великий писатель был «голосом» фирмы не менее великого Томаса Эдисона. Доказательства этого хранятся в Фонограммархиве Пушкинского дома в Петербурге.

Великий писатель был «голосом» фирмы не менее великого Томаса Эдисона.

Доказательства этого хранятся в Фонограммархиве Пушкинского дома в Петербурге.

На этой неделе Фонограммархив отметил свое 100-летие. В связи с вековым юбилеем уникального хранилища сотрудники Пушкинского дома рассказали немало занятного нашему корреспонденту. Например, от них мы смогли узнать, как звучала речь петербуржца дореволюционного образца.

Прабабушки не манерничали

— Это была речь обычных русских интеллигентов. И кстати, питерская не отличалась особенно от московской, — так оценивает ее музыковед Фонограммархива Александр Кастров. — Во-первых, удивительно певучая. Но без неестественных интонаций, без всевозможных завышений в конце фразы, как нынче принято среди молодежи. Растянутых гласных в ней нет вообще! Во-вторых, это речь хорошо интонированная, с четкой артикуляцией. Образцы ее — в записях голосов известных чиновников и деятелей того времени. Некоторые из них делались вовсе не для истории — для демонстрации возможностей звукозаписывающей техники.

В роли такого демонстратора выступила как-то и семья Льва Толстого. Сам граф, графиня, их дети — на записи, хранящейся в архиве, они вместе обсуждают достоинства фонографа Эдисона. С сомнениями в голосе, разумеется. Знающее цену трудовой копейке аристократическое семейство решает: покупать приборчик или не покупать? Обсудив за и против, решается на покупку модной новинки.

Эту запись включали покупателям петербургского магазина на Большой Морской, 21, где торговали фонографами фирмы Эдисона. Хозяин салона звукозаписывающей и звукопроигрывающей аппаратуры коммерсант Юлиус Блок получал фонографы прямо от Эдисона — на условиях предоставления изобретателю образцов голосов выдающихся личностей.

Из Африки в Россию

Сегодня Юлиус Блок — культовая фигура в истории звукозаписи. Немец, родился в 1858 году в Питермарицбурге — очаге британских колонистов в Южной Африке. Мечтал стать музыкантом, но капитулировал под натиском отца — преуспевающего бизнесмена, представлявшего пару американских фирм в России. Стал тоже коммерсантом. В 1889 году этот пианист-любитель навестил Томаса Эдисона в его лаборатории в Нью-Джерси и осознал, что может внести вклад в мировую музыкальную культуру своеобычным образом — сочетая творчество и коммерцию. С фонографом Эдисона Блок отправился в туманную для него Россию, к отцу. Сразу же организовал презентацию новинки для августейшей семьи — был принят императором Александром Третьим. С этой отправной точки и стартовал его бизнес в России.

Записывал Блок на восковые валики как классику, так и фольклор — в оригинале.

— Голоса обычных русских крестьян, живших сто лет назад, — это бесценная часть архива, — продолжает музыковед Александр Кастров.


Специалист по звуку Александр Осипов демонстрирует звукотехнику, на которую записывали голоса классиков и обычных крестьян.


Записи былин, плачей, причитаний, лирических и величальных песен — не только русских, но и украинских, калмыцких, узбекских, чувашских: невероятно, они сделаны еще сто лет назад! И все, вплоть до камлания якутского шамана, звучат свежо. Сегодня записи с восковых валиков переведены на цифру — пожалуйста, их можно слушать в формате МР3, катя где-нибудь по российским просторам, по трассам, перерезающим деревеньки с серыми избами и просевшими крышами. Получится реконструкция жизни империи в оригинале.

Трофейный детектив

А история с записями Юлиуса Блока имеет еще и детективную подкладку. В 1914 году он, как подданный страны, с которой воевала Россия, был вынужден покинуть Петербург и перебрался в Германию. С собой увез коллекцию из более чем ста восковых валиков. Затем наследниками коллекция была передана по назначению — часть попала в архив в Берн, часть в Берлинский фонограммархив.

По окончании Второй мировой войны германский архив был вывезен в СССР в качестве трофея — тогда это была распространенная практика. В Германию, в советскую зону оккупации, были командированы целые команды архивистов, музейщиков, искусствоведов. Они определяли ценность и практическую пользу «трофеев».

— А вы знаете, например, что фирма «Мелодия» вплоть до перестройки выпускала пластинки классики в записях из Берлинского фонограммархива? — сообщил занятную подробность музыковед Кастров.

После войны восковые валики Блока попали сразу в Ленинград, в Пушкинский дом. Со временем записи с фонографа были переведены на магнитофонную пленку, фоновалики возвращены немцам. А копия архива Юлиуса Блока осталась в Пушкинском доме.

Впрочем, блоковские записи — это капля в том море музыки, которое хранится здесь, на Васильевском острове, в здании на набережной Макарова, также известном как Институт русской литературы Академии наук Российской Федерации.

Всего в архиве более 200 тысяч «единиц хранения» — валиков, пленок, пластинок. Архив пополняется записями из новых фольклорных экспедиций, передают их и местные музеи, владельцы частных коллекций.

Камлания шамана — для продвинутых

Условия хранения — о них лучше промолчать. Здесь нет сейфовых шкафов с климат-контролем. Так себе, стоят дореволюционного канцелярского образца высокие деревянные шкафы со стеклянными дверцами. Помещение — несколько комнат. Одна из них — с действующими образцами звукоаппаратуры различных эпох, от фисгармоний до советских радиол. Работают здесь, разумеется, энтузиасты и штучные специалисты — как и во всех академических гуманитарных учреждениях города.

— К счастью, в последнее время регионы России стали проявлять интерес к своему культурному наследию, — говорит директор Пушкинского дома член-корреспондент РАН Всеволод Багно. — Ямало-Ненецкий автономный округ помог нам, например, в переводе на современные носители хранившихся у нас записей ненецкого фольклора.

Но это скорее исключения, чем правило. Далеко не все территории обширной РФ столь продвинуты, как газодобывающий Салехард.

Фото автора

Кстати

С историей звукозаписи можно ознакомиться и в Российской национальной библиотеке.

В здании на Фонтанке, 36, расположен Отдел нотных изданий и музыкальных звукозаписей, включающий в себя зал прослушивания и просмотра музыкальных аудио- и видеозаписей.

Гордость этого отдела — представительная коллекция грампластинок. Здесь имеются поистине раритеты: односторонние диски фирм «Граммофон», «Коламбиа», «Зонофон», «Телефункен», советские грампластинки начиная с 1920-х годов. Есть здесь также обширная коллекция аудиозаписей на магнитофонных кассетах. Сейчас раритеты переводятся на цифровые носители.

Все это разрешается не только слушать, но и получать в виде копий. Единственное условие — для этого надо иметь читательский билет РНБ.

↑ Наверх