Жизнь наизнанку

Кое-что о синдроме Плюшкина — в просторечии в Европе он зовется месси-синдромом, от английского «mess» — «беспорядок», «хаос», а по-научному — «маниакальное скопидомство».

Кое-что о синдроме Плюшкина — в просторечии в Европе он зовется месси-синдромом, от английского «mess» — «беспорядок», «хаос», а по-научному — «маниакальное скопидомство».

Документалистка из Германии Анетт Вундрак только что выпустила фильм, посвященный людям с манией собирательства и невыкидывания старых, ненужных вещей. Его героем стал некий 49-летний Петер, бывший работник сталелитейного завода, который превратил свой аккуратный немецкий домик в чистейшую мусорную свалку. Не выбрасывая ничего, он извел своей пагубной страстью семью, лишился жены и детей, которые не снесли жизни в таких условиях и покинули папашу-маньяка.

По решению суда Петер был взят под опеку социальной службы. Раз в месяц к нему приходил соцработник, чтобы помочь навести порядок. Не помогло. Попытки избавить его хоть от одного старого предмета приводили Петера в панику. Тогда вмешались врачи. Экс-металлурга несколько раз госпитализировали, но безрезультатно. Он по-прежнему не выбрасывал на помойку ни единой упаковки. Теперь местная власть распорядилась выделить полторы тысячи евро на расчистку этих авгиевых конюшен.

Эксперты говорят, таких плюшкиных в Германии около двух миллионов. Если им станет совсем дискомфортно под натиском родных, врачей и властей, они вполне смогут найти убежище в нашем родном городе, где ничто этой пагубной страсти не препятствует. Пройдясь по дворам, вы увидите на балконах и лоджиях такое, что заставит вас содрогнуться от одной мысли заглянуть в квартиры жильцов. В экспозициях семейной жизни, вынесенных на всеобщее обозрение, присутствуют: старые картонные коробки, ломаная мебель, обрезки стройматериалов, разбитые детские коляски дизайна 60-х годов, устаревшие модели лыж, ковры (вывешенные на проветривание лет тридцать назад), такой же древности зимние пальто на вате и с воротниками из чернобурки, заплесневевшие молочные бутылки, которые временно не принимают. Музей быта второй половины ХХ века, захвативший весь город. Цветочков в балконных ящиках — раз-два и обчелся. В общем, дома-помойки — будем называть вещи своими именами. Жизнь навыворот, во всей ее неприглядности.

В этом ракурсе показательны лоджии домов, называемых элитными. Они еще не сильно захламлены, но уже показывают курс на будущее этих комплексов, исказивших береговую линию Невы. В среднем на этаж попадается по одному культурному экспонату. В одной лоджии велотренажер, этажом выше боксерская груша, далее телескопический аппарат, где-то столик и кресло-качалка. Но это редкости. В прочей массе — все те же коробки, тюки и иной, только что нарождающийся хлам. В общем, тотальный синдром Плюшкина — лечению не поддается даже в клиниках Европы!