Газета выходит с октября 1917 года Tuesday 17 сентября 2019

К Катрин Денёв приедет ее портрет из Петербурга

Туман Жумабаев — известный портретист, причем в галерее созданных им образов есть и звезды — Марчелло Мастроянни, Лучано Паваротти, Алла Пугачева. На его счету несколько портретов оперной дивы Елены Образцовой, с которой художник дружит много лет. А недавно Туман написал портрет Катрин Денёв, который организаторы фестиваля «Литература и кино» хотели преподнести ей в подарок.

С художником Туманом Жумабаевым мы договорились встретиться возле галереи «Монмартр». Ну что за безвкусное название для петербургской галереи! Ну какой тут, скажите на милость, Монмартр — на канале Грибоедова, узкая набережная которого битком заставлена грязными машинами? Да и воздух не тот — в Париже он искрится нервной энергией, будто наполненный пузырьками шампанского, а в Петербурге плотно окутывает тяжеловатой сыростью.

Но вот из апрельского тумана и городского смога вынырнул человек небольшого роста, с надвинутым, согласно петербургской моде, прямо на глаза капюшоном, из-под которого то поблескивали, то меркли черные глаза. В руках он держал завернутую в картон картину. И с его появлением все изменилось. Монмартр? Конечно! Во всяком случае этот человек с картиной — точно оттуда, с Монмартра — рая всех свободных художников на этой земле.

Мы встретились накануне открытия выставки портретов, в которой участвует и мой собеседник.

Туман Жумабаев — известный портретист, причем в галерее созданных им образов есть и звезды — Марчелло Мастроянни, Лучано Паваротти, Алла Пугачева (он писал примадонну российской эстрады по фотографиям, по заказу бывшего президента Киргизии Акаева). На его счету несколько портретов оперной дивы Елены Образцовой, с которой художник дружит много лет. А недавно Туман написал портрет Катрин Денёв, который организаторы фестиваля «Литература и кино» хотели преподнести ей в подарок. Но художник не успел закончить работу к ее приезду. Однако встреча с дивой обязательно состоится. В мае у Тумана будет выставка в Париже, на которую он пригласит знаменитую актрису.

— Туман, вы — воспитанник петербургской Академии художеств, учились у знаменитого советского художника Юрия Непринцева. Оттуда ваша приверженность к реалистической живописи, портрету? 

— Я родился  и вырос в маленькой киргизской деревне, где мой отец работал учителем. Там не было ни музеев, ни театров, ни даже кино. Зато у нас были три картины из Русского музея — вернее, их репродукции, которые где-то купил отец.  Левитан,  «Золотая осень», Васнецов, Нестеров. Я мог часами смотреть на них. Когда я приехал в Петербург и, впервые попав в Русский музей, увидел их в оригинале, мне показалось, что моя мечта осуществилась. Я был счастлив.

Что касается портрета... Конечно, мы должны адаптировать и использовать многие полезные вещи, изобретенные человечеством. Фото, видео, Интернет. Но живописный портрет — это все-таки нечто другое. Художник видит иначе. Я вижу человека сквозь внешнюю оболочку — его внутреннее состояние, энергетику.

— Вы работаете с натуры или все же позволяете себе использовать фотографии?


— Вот как, например, я работал над портретом Елены Образцовой: делал наброски, когда у нее было время немного попозировать мне, но чаще фотографировал. Она очень скромный человек, несмотря на всю свою звездную славу, и очень надежный в работе. Представляете, она никогда не опаздывает!

 

 

Над несчастной любовью Женевьевы из фильма Жака Деми «Шербурские зонтики» обливались слезами миллионы. Этот портрет Туман подарит Катрин Денёв в мае. Наверное, ей будет приятно встретиться с юностью.


— Почему вы решили написать Катрин Денёв? Ведь не ради пиара?

— Сама идея создать портреты артистов возникла у меня задолго до визита Катрин Денёв. С давних пор я любил кино. Самое разное: и французское, и итальянское, и российское. Я был зачарован Тарковским, его фильмами, которые были медитативными, освобождали голову от суетных мыслей и очищали душу. Я мечтал сделать портреты Евгения Леонова, Иннокентия Смоктуновского. Мне хотелось передать те ощущения, которые идут от актеров к зрителям, волнуют нас, заставляют смеяться и плакать. Сейчас мне очень интересно нарисовать французских актеров: Жерара Депардье, Жана Маре, Пьера Ришара.

Перед тем как писать портрет Катрин Денёв, я пересмотрел много фильмов с ней. В том числе и «Дневную красавицу», где она показалась мне холодной, одинаковой — и в ипостаси примерной жены буржуа, и  тайной проститутки. Только один фильм меня растрогал — «Шербурские зонтики», где Катрин, еще совсем юная, играет трогательную первую любовь. Я изобразил ее в роли Женевьевы. На портрете она юная, красивая и очень хрупкая — с печальным лицом, беззащитной тонкой шеей, длинными белокурыми локонами. Портрет словно соткан из множества цветов — розового, голубого, нежно-зеленого, красного. Это цвета зонтиков из магазина матери Женевьевы. Тех самых зонтиков, которые не сумели защитить романтическую любовь от житейских бурь.

↑ Наверх