Газета выходит с октября 1917 года Saturday 19 сентября 2020

Репин не пострадал

После того как заместитель директора Русского музея Евгения Петрова на встрече с журналистами рассказала о протечках в Корпусе Бенуа, петербургские СМИ моментально растиражировали новость. Чтобы успокоить общественность, сотрудники музея устроили для прессы поход на чердак Корпуса Бенуа.

После того как заместитель директора Русского музея Евгения Петрова на встрече с журналистами рассказала о протечках в Корпусе Бенуа, петербургские СМИ моментально растиражировали новость. Чтобы успокоить общественность, сотрудники музея устроили для прессы поход на чердак Корпуса Бенуа.

Сначала Юрий Королев, заместитель директора Русского музея по административно-хозяйственной части, вкратце рассказал нам, что же представляют собой музейные крыши (общая площадь кровель всех дворцов составляет 43 280 кв. метров!).

Крыши — они ведь все разные. И нынешняя зима с ее снегом и морозами на них влияет по-разному. Например, на крыше Строгановского дворца установлена продвинутая система электроподогрева, сосульки не образуются, вода вовремя стекает по водостокам вниз. Но при температуре минус 30 даже новомодная система дает сбои.

В Мраморном дворце крыша не новая. Но во дворце есть подвалы, в которых и расположено вентиляционное оборудование. Поэтому на чердаке нет избытка тепла, который обычно и становится причиной протечек.

В Михайловском (Инженерном) замке на чердаке смонтированы климатические музейные системы. Но благодаря тому, что чердачные пространства огромны, на чердаке удается поддерживать прохладу. «Теплые чердаки создают проблемы», — подчеркнул Юрий Яковлевич.


Фонарь над Колонным залом Корпуса Бенуа недавно был реконструирован.


«Вот Корпус Бенуа — особенный среди всех музейных зданий, — продолжал Королев, — нет подвалов, вентиляционные установки там не разместишь, а в кровлях почти треть площади занимают стеклянные фонари — всего 22 больших и 13 малых». Фонарь над Колонным залом был реконструирован недавно, посмотреть на него, побывав внутри межфонарного пространства, нам и предложили.

«Сюда не ступала нога журналиста», — уверенно заявил Юрий Королев. Внизу — стекло, вверху — стекло. Мы — на железных мосточках, кругом белым покрытые железные конструкции, поддерживающие конструкции стеклянные. Здесь, в межфонарном пространстве и на чердаках Корпуса Бенуа, работают 14 систем кондиционирования воздуха, чтобы обеспечить хороший климат картинам внизу. Здесь же и установка, регулирующая свет, — фонарь может подсвечиваться разными цветами, в зависимости от того, какое настроение надо создать в зале, какая там развернута экспозиция.

Потом мы прошли на другую сторону чердака — там фонарь не реконструированный: заклепки на металле, вид футуристический, но не современный, на реконструкцию пока нет денег. Все опять начинают пытать специалиста про протечки. Королев рассказывает историю протечек собственной квартиры в Центральном районе. А про музей говорит, что все в порядке, сказать ему нечего. Крыши обслуживает уже пятнадцать лет одна и та же подрядная организация, сотрудники которой досконально знают непростые кровли музейных зданий.

Галина АРТЕМЕНКО

Фото Натальи ЧАЙКИ

↑ Наверх