Газета выходит с октября 1917 года Monday 24 июня 2019

Росохранкультуру упразднили

В заслугах ведомства останется его защита «небесной линии» Петербурга

В заслугах ведомства останется его защита «небесной линии» Петербурга



Вчера президент Дмитрий Медведев упразднил Федеральную службу по надзору за соблюдением законодательства в области охраны культурного наследия — Росохранкультуру. Как пояснено в президентском указе, «в целях оптимизации структуры федеральных органов исполнительной власти». Полномочия ликвидируемой Росохранкультуры передаются Министерству культуры.
Ведомство, созданное в мае 2008 года, подчинялось непосредственно правительству РФ. В нашем городе оно было представлено территориальным управлением, отвечавшим за Северо-Западный федеральный округ — Петербург, Карелию и Коми, Архангельскую, Вологодскую, Ленинградскую, Мурманскую, Новгородскую и Псковскую области, а также Ненецкий автономный округ (Калининград имел отдельное Балтийское управление). На вопрос, что от него останется после слияния с Минкультом, вчера никто ответить не мог — хотя курс на упразднение Росохранкультуры был оглашен министром культуры Александром Авдеевым еще в сентябре. В территориальном управлении сообщили, что его руководительница Нина Поддубная в отпуске.
Беспокойством по поводу упразднения Росохранкультуры с «Вечерним Петербургом» поделились представители общественных организаций.
Александр КОНОНОВ, зампред Петербургского ВООПИК (Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры), сказал, что его более всего беспокоит, сохранится ли работа на местах:

— Минкульт не имеет местных подразделений. И если нам теперь по любому поводу придется общаться с Москвой, это ослабит позиции, связанные с охраной культурного наследия. Было бы рационально вернуть то положение, которое существовало до 2008 года, когда Министерство культуры имело свое единое представительство в Петербурге и Ленобласти.

Антонина ЕЛИСЕЕВА, координатор движения за сохранение культурного наследия Санкт-Петербурга «Живой город»:

— Нам постоянно нужно вмешательство федеральных органов — не зависящих от местных властей и не привязанных к местным застройщикам. Росохранкультура занимала твердые позиции по вопросам высотных доминант в городе, по «Охта Центру». Она хорошо работала по значимым объектам. Но, к сожалению, в большинстве случаев присылала нам отписки, перенаправляя наши обращения в местные инстанции, в тот же КГИОП. По локальным объектам она не помогала. Так было и с Фонтанкой, 23, где сейчас планируют снести дом, входящий в историческую застройку. (См. материал на 4-й стр. — Ред.)

Заслугой Росохранкультуры останется доказанная в суде незаконность всей петербургской системы высотного регулирования. Именно Росохранкультура поставила юридический крест не только на «Охта Центре», но и на десятках планируемых доминант в охранной зоне ЮНЕСКО. Вне сомнений, эти достижения вряд ли порадовали тех, кто вложил миллиардные средства в проекты.
Последний конфликт был связан со строительством на территориях исторических поселений. Требование согласовывать всю документацию с Росохранкультурой было критически встречено многими из этих территорий. В дискуссии участвовали и власти Петербурга, начавшие оговаривать себе особые рамки. Теперь эта дискуссия, по-видимому, исчерпана — за упразднением самого ведомства.

Алла РЕПИНА
Фото Натальи ЧАЙКИ

Николай Третьяков, директор ГМЗ «Павловск»:


— Могу сказать, что некоторые считают: чем больше проверяющих, тем лучше. В советское время этих ревизоров было столько, что одни выходили, а другие заходили. Росохранкультура обычно проверяла перед проверкой Министерства культуры, чтобы доказать, что те плохо проверяют. Так что мне кажется, нам лучше подчиняться одному проверяющему. Мы и раньше не очень-то зависели от Росохранкультуры, для чего она нужна — было непонятно. Но, конечно, какие-то функции Росохранкультуры нужно сохранить, например, они занимаются возвратом вывезенных ценностей. Вот сейчас наш хранитель находится в Мюнхене на суде: одна из ваз из нашего дворца была вывезена в Германию во время войны, и год назад нам позвонил немец и сказал, что эта ваза хранится у него. И он был бы готов ее вернуть, но так как болен, ему нужны деньги на лечение. Предложил продать ее нам. Мы отказались. А потом выяснилось, что эта ваза выставлена на торги. Мы добивались, чтобы германское правительство нашло возможность выкупить эту вазу и передать нам, и вот этим сейчас занимается Росохранкультура, а кто будет заниматься завтра — неизвестно. Надеюсь, что эти функции перейдут Министерству культуры.

↑ Наверх