Газета выходит с октября 1917 года Monday 23 сентября 2019

«Театр смыливают, как кусок мыла»

Спустя четыре месяца Виктория Аминова вновь встретилась с художественным руководителем «Нашего театра» Львом СТУКАЛОВЫМ, чтобы узнать у него, есть ли какие-то изменения в положении театра. Поводом для беспокойства стала мартовская афиша, в которой стоит всего три спектакля «Нашего театра».

Четыре месяца назад «Вечёрка» попыталась помочь театральному коллективу «Нашего театра», руководимому Львом Стукаловым, оказавшемуся в сложной ситуации. Напомним суть конфликта: коллектив должен был покинуть насиженное место в Театре Эстрады, художественным руководителем которого назначили Юрия Гальцева. Но выезжать актерам было решительно некуда. Материал корреспондента «ВП» Виктории Аминовой вызвал множество читательских откликов. Оказалось, что в Петербурге живет очень много поклонников театра, которых волнует его судьба.

Спустя четыре месяца Виктория АМИНОВА вновь встретилась с художественным руководителем «Нашего театра» Львом СТУКАЛОВЫМ, чтобы узнать у него, есть ли какие-то изменения в положении театра. Поводом для беспокойства стала мартовская афиша, в которой стоит всего три спектакля «Нашего театра».


— Прежде всего хочу сказать: я рад, что наш первый разговор имел довольно большой резонанс! На сайте газеты было оставлено около полутора сотен комментариев, люди что-то писали, к кому-то взывали, спорили между собой. Все это имело вид почти настоящего события. И в связи с этим событием мне позвонил председатель комитета по культуре Петербурга Антон Николаевич Губанков, и я получил выговор за то, что осмелился дать интервью и давить на комитет через прессу. Мне было сказано, что это неэтично. Я ответил Губанкову, что мечтаю с ним встретиться, и давно уже отправил письмо с просьбой меня принять. Но мне ответили, что раз я такой неэтичный, то разговаривать Антон Николаевич будет не со мной, а с моим начальством.

— Ну а какие события в жизни «Нашего театра» произошли за это время, есть ли какое-то движение?

— У нас с Театром Эстрады было соглашение на этот сезон, что мы продолжаем играть, как и прежде, по шесть спектаклей в месяц. Этого нам отчаянно мало, но спасибо, что оставили хотя бы эти шесть. Правда, три из них мы могли играть, оплачивая аренду помещения по ценам, которые должны были платить как раньше, когда Театр Эстрады  был частью «Петербург-концерта», а три — по новой, коммерческой стоимости, как любая посторонняя организация. И вопрос, кто будет доплачивать разницу — а для нас она существенна, — так и не был решен, мы платили сами. Но после нового года аренду за эти три спектакля еще повысили, да и сам «Петербург-концерт» вдруг взял и повысил отчисления за свои услуги, аж до 10% от сбора. И выяснилось, что коммерческая аренда трех спектаклей плюс 10% отчислений — это нам уже не по силам. Я написал докладную генеральному директору «Петербург-концерта» Евгению Колчину, что мы вынуждены будем отказаться от этих трех спектаклей. Честно говоря, я ожидал, что он предложит, пока не договорились, откуда брать доплату за аренду, не повышать процент, но он немедленно перезаключил договор с Эстрадой, так что мы в марте играем только три спектакля. С моей точки зрения, происходит то, чего я ждал: постепенно, как кусок мыла, смыливают театр, пока он не растворится полностью, и вроде никто не виноват.

— О премьерах в этом сезоне вы и не думаете?

— От наработанного нами репертуара сейчас мы вынуждены были оставить только шесть спектаклей («Пигмалион», «Человек-джентльмен», «Я — Медея!», «Лав», «Женщина в песках», «Скамейка»). Но и их, чтобы они продолжали жить, необходимо играть по два раза в месяц! Так куда же девать седьмой? Зачем репетировать? Чтобы не играть? Жизнь в театре замерла почти на нуле. Я не вижу ни малейших перспектив, чтобы это дело сдвинулось. Вопрос ведь не только в помещении, которого нет, а и в самостоятельности театра. Не может театр существовать в таких условиях, не быть самостоятельным. Он и умирает. Он умирал все десять лет своего существования — от нищеты, неустроенности, отсутствия серьезного внимания власть имущих, возможно, от не очень умелого моего администраторства.  Всему этому противостояла бешеная творческая энергия молодости и азарта актеров.

— Четыре месяца назад я разговаривала с директором Театра Эстрады, и она сказала, что помогут вам занять площадку прежнего театра «Буфф».

— Со мной никто не разговаривал на эту тему, и никто мне ни театра «Буфф», ни театра Комиссаржевской, никакого другого театра не предлагал.

ОТ АВТОРА. Полученные ответы не устроили ни Льва Стукалова, ни нас, потому что четыре месяца назад мы получили не менее обнадеживающие обещания, но за это время положение театра не улучшилось, а стало еще хуже. Хотелось бы увидеть реальное подтверждение тому, что власть имущие не только думают, но и делают что-то для того, чтобы театр мог жить и работать.

Комментарии

Евгений Колчин: Стукалов — не сирота казанская, хотя положение у него нелегкое!


Четыре месяца назад директор «Петербург-концерта» Евгений Колчин уверял нас, что беспокоиться не о чем. У него и сейчас своя точка зрения на положение «Нашего театра».

— То, что сказал Лев Яковлевич, не совсем так. Если «Наш театр» много зарабатывает, то он легко тратит деньги на аренду, но сейчас у него сборы упали, и он оказался в сложной ситуации. Я стараюсь помочь ему и получить деньги для аренды в комитете по культуре. Да, с нового года мы вынуждены были повысить процент отчислений, потому что с потерей Театра Эстрады «Петербург-концерт» тоже оказался в сложной ситуации, мы ведь потеряли несколько миллионов прибыли. Так что приходится «добирать» за счет других коллективов «Петербург-концерта», в том числе и «Нашего театра». Но то, что Лев Яковлевич сказал, будто они не могут позволить себе играть эти три спектакля, потому что нет средств, это он лукавит. Им бы хватило средств, если бы они собирали хотя бы 75% зала, но тогда уменьшились бы премии актеров и самого Льва Яковлевича. Они борются за свои деньги. Я против того, чтобы Лев Яковлевич выставлял себя казанской сиротой, он не сирота, но положение у него нелегкое.

Антон Губанков: Это объективные и временные трудности

Обратились мы и к председателю комитета по культуре Антону Губанкову, чтобы узнать, как оценивают ситуацию с «Нашим театром» те, в чьем ведомстве он находится.

— Сегодняшняя ситуация «Нашего театра» — это объективные и временные трудности, — ответил Антон Николаевич. — Дело в том, что Театр Эстрады будет закрыт на капитальный ремонт, который должен завершиться к осени 2011-го — 100-летию со дня рождения Аркадия Райкина. Конечно, мы знаем о проблеме. Сейчас мы решаем вопрос о сохранении льготной арендной платы для «Нашего театра» в 2010 году. Мы постараемся пойти навстречу коллективу Льва Стукалова и сделать все возможное, чтобы решить проблему.

Вместе с руководством «Петербург-концерта» мы рассматриваем разные варианты. На мой взгляд, наиболее приемлемый из них — помещение театра «Буфф» на Народной улице.

26 февраля открылось новое здание «Буффа» на проспекте Шаумяна. Предполагается, что на старых квадратных метрах начнет действовать экспериментальная театральная площадка — в ней давно нуждаются город и небольшие творческие коллективы. Там мог бы показывать свои спектакли и репетировать «Наш театр» Льва Стукалова. Тем более что формально эта площадка пока будет закреплена за «Петербург-концертом». Так что пребывание там «Нашего театра» вполне логично.

Хочу добавить, что мы вправе ожидать от руководства «Нашего театра» понимания сложившейся ситуации, а также адекватной оценки тех усилий, которые прилагает комитет по культуре для обеспечения нормальной работы коллектива. К сожалению, некоторые эмоциональные высказывания руководства театра не способствуют конструктивному диалогу.

↑ Наверх