Забор, еще забор!
2 марта 2010
нет комментариев
Тэги: строительство
Обрешечивание и огораживание Петербурга приняло неуправляемый характер.
Железный бизнес
— Эх, надо было заборостроительный институт заканчивать, чтобы деньги зарабатывать, — в сердцах бросил корреспонденту «Вечернего Петербурга» молодой петербуржец по имени Роман.
Кризис усадил Романа за баранку такси, и теперь новоиспеченный таксист с удивлением подмечает новое в родном городе.
— Столько заборов стало! — замечает Рома. — Доходный бизнес, наверное. Чуть новое здание воткнули, тут же забор. Недавно ездил по такому адресу на проспекте Металлистов. Был там проезд во дворы прямо с Металлистов. Но построили офисное здание, забором обнесли, бугорков понаставили, и въезд к домам № 16 и 18 теперь — со Среднеохтинского проспекта, приличный крюк приходится делать.
На этот раз Роман подъехал к клинике Военно-медицинской академии забирать пациента с выписки. Адрес — улица Академика Лебедева, 6. Хотел подрулить прямо к подъезду — ан нет, улица с двух сторон перегорожена высокими металлическими воротами. Солидный отрезок — от сквера напротив улицы Комсомола до Финляндского проспекта. При воротах солдаты, открывают въезд только для своих. Прохожие возмущаются: для них проход также лимитирован. После десяти вечера солдаты закрывают и калитки, открывают только в семь утра. Пройти короткой дорогой к тому же Финляндскому вокзалу невозможно — и это по городской улице, территории общего пользования и, соответственно, месту свободного доступа!
— Ладно, тут еще можно понять — больница, — соглашается таксист Роман с запретительной логикой военных. — Им не нравится, если машины будут под окнами сновать. Это гуманно. А в других местах — просто выгодный бизнес на железных прутьях.
В петербургской традиции?
Сваривают прутья и ставят заборы многочисленные фирмы, рекламирующие себя в качестве продолжателей петербургских традиций. Дескать, решетки всегда были украшением и жемчужиной нашего города. Фельтеновская решетка Летнего сада, в котором совершали променады императоры, ковано-ажурная ограда у Зимнего дворца, перенесенная в советское время на Нарвскую сторону...
Собственно, примеров высокого решеточного искусства в старом Петербурге было не так уж и много и почти все — вокруг императорских и великокняжеских владений. А в непарадном городе, вокруг обычной застройки?
— До революции в Петербурге каждый огораживал свое владение кто во что горазд, — рассказал «Вечернему Петербургу» Александр Кононов, заместитель председателя Петербургского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК). — Заборы ставили деревянные. Существовали, конечно, некие общепринятые нормы — чтобы забор был ровный и крашеный со стороны лицевого фасада, но жесткого регламента не было.
Окончательно деревянные ограждения исчезли в войну — в годы блокады их разобрали на дрова.
— В советское время, — продолжает Александр Кононов, — вместо ограждений высаживали ряды деревьев, кустарников либо ставили совсем неприметные низкие оградки. Теперь ставят очень много заборов, и никто особенно за этим не следит.
Что касается согласования стиля заборов со стилем зданий — здесь вообще нет четких норм, констатирует Александр Кононов.
На вечном приколе
Каким образом городятся заборы, закрывающие для горожан территории свободного прежде доступа?
Допустим, в Петроградском районе на Льва Толстого практически вдоль всей нечетной стороны улицы, от одноименной площади до улицы Рентгена, тянется забор. Местами даже двойной: за черным металлическим стоит глухой строительный.
Начнем с того забора, что идет от офисно-культурного центра «Толстой-Сквер». Часть его огораживает автостоянку банка, недавно открывшего свой офис в этом центре. Машин на стоянке особо не наблюдается.
Затем забор продолжает победоносное шествие вдоль Института сестринского образования, это тоже солидный отрезок. Закрытая для публики территория самими будущими медсестрами и медбратьями не востребована — потому что курят эти стайки в белых халатах не внутри, а за оградкой: на тротуаре улицы Льва Толстого.
Таким образом, мы видим сразу две пустоши за решетками — а прежде горожане здесь гуляли или сокращали путь от метро к своим домам и местам работы.
Заканчивается забор недалеко от пересечения улицы Льва Толстого с улицей Рентгена. Всю зиму пешеходы ходили здесь по проезжей части из-за неубранного снега на тротуаре.
В банке от забора, кстати, открестились. Пояснили: он стоял до того, как финансисты облюбовали улицу Льва Толстого. Оказывается, забор — дело рук... артистов легкого жанра.
Специалист отдела контроля Государственной административно-технической инспекции (ГАТИ) Петроградского района Андрей Перцовский разъяснил: участок был огорожен для стоянки автомобилей сотрудников Театра «Лицедеи». Все необходимые согласования для установки забора имеются.
— Это ограждение было выполнено в рамках благоустройства территории, — рассказал нам Андрей Перцовский. — Для всех, кто хочет установить какое-либо ограждение, существуют «Правила производства земляных строительных и ремонтных работ, связанных с благоустройством» — это распоряжение ГАТИ от 22 января 2008 года.
Согласно распоряжению, чтобы получить ордер ГАТИ, необходимо согласовать свой проект с различными службами и собственниками территорий. В разных случаях этими службами могут быть, например, КБДХ, КГИОП или ГУВД.
На Льва Толстого вдоль всей нечетной стороны, от одноименной площади до улицы Рентгена, тянется забор. Местами даже двойной: за черным металлическим стоит глухой строительный.
Отвори потихоньку калитку...
В общем, на всякий забор на улице Льва Толстого есть свое разрешение. Артистам уже не нужен, но стоять ему, пока не съест его коррозия металла. И у будущих медбратьев и медсестер он стоит не абы как — по правилам. Между тем именно эти братья и сестры вскоре на своем горьком опыте узнают, что такое городские заборы...
— Заборы очень часто мешают проехать по вызову, — сетует пресс-секретарь «Скорой помощи» Ирина Котова. — В случаях, когда двор огорожен, мы советуем родственникам больного заранее позаботиться о том, чтобы проход был открыт, а также самим придумать, как щадяще и потихоньку подвести больного до калитки, — машина «скорой» туда просто не сможет проехать. К сожалению, очень часто при установке заборов нормы безопасности ни с кем не согласовываются.
В «прозрачном» исполнении...
Что касается диктуемого городом вида заборов, то мы смогли обнаружить лишь их высотный регламент. Местные петербургские Правила землепользования и застройки диктуют максимальную высоту ограждений земельных участков жилой застройки:
- вдоль скоростных транспортных магистралей — 2,5 метра;
- вдоль улиц и проездов — 1,8 метра;
- между соседними участками застройки — 1,8 метра без согласования со смежными землепользователями и более 1,8 метра — по согласованию со смежными землепользователями.
«Для участков жилой застройки высота 1,8 метра может быть превышена при условии, если это не нарушает объемно-пространственных характеристик окружающей застройки и ландшафта, норм инсоляции и естественной освещенности», — разрешают правила.
Они же определяют: «Ограждения вдоль улиц и проездов и между соседними земельными участками должны быть выполнены в «прозрачном» исполнении. Непрозрачные ограждения вдоль скоростных транспортных магистралей должны быть согласованы в установленном порядке».
В общем, согласовать можно любые варианты. А вооружившись очень весомыми аргументами, в нашем городе возможно поставить хоть Берлинскую стену — закон не запрещает.
Юлия БИБИШЕВА, Алла РЕПИНА, фото Натальи чайки
