Дракон — это личность!

В Петербургском музее кукол открылась выставка, посвященная символу наступающего года

Вот китайцы очень любят драконов, это все знают. Вышивают их на халатах, пишут на панно. Китайские драконы элегантно извиваются и машут усами. У них бивни слона, рога оленя, туловище крокодила с лапами тигра и когтями орла. Дракон, считают на Востоке, — существо поэтическое, глубокомысленное и, в общем, симпатичное.

У нас подход более европейский. Практичный. К драконам у нас отношение в целом настороженное. Наш дракон и выглядит попроще — та же змеюка, только с крыльями. И ведет себя незамысловато. Прилетит и что-нибудь сожрет. Или украдет. На прощание, пожалуй, потребует, чтоб юная девица ему эскорт-услуги оказала. А если ему понравится и он задержаться решит? То-то и оно.

Этого симпатичного дракона Марина Орлова сделала из губок для мытья автомобилей.

Я это к тому веду, что дракон дракону рознь. Но 19 декабря огромное количество драконов — выбирай на вкус — удалось поместить в одну небольшую комнатку.

Это Большой зал Петербургского музея кукол, что на Камской улице, 8. Здесь открылась новогодняя экспозиция «Хозяева небес. Драконы».
«Хозяев небес» тут великое множество — более 70. Это работы известных мастеров-кукольников: Марины Орловой, Людмилы Галумовой, Елены Кузнецовой, Натальи Ивановой.

Все драконы — на разный лад. Из папье-маше, поролона, текстиля, искусственного меха, соленого теста. Драконы — статуэтки, драконы — мягкие игрушки, драконы — марионетки. Здесь и восточные, и европейские, и трехголовые змеи горынычи, и какие-то вообще непонятные. Один, маленький, серенький, больше похож на собачку с крыльями. Другой — все время начинает петь какую-то новогоднюю песню сладким голосом.

— Создание куклы — это чудо, — объясняет художник Марина Орлова, автор восьми здешних драконов. — Вот были только что какие-то скомканные бумажки, папье-маше — и вдруг из ничего появляется ожившее существо. Я сразу с ними начинаю играть.

— Вот этот дракон родился только вчера, — показывает она куклу, пестрого и длинного китайского змея. Десять часов ушло на тело — оно из губок для мытья машин. И дней шесть заняло изготовление головы. Сначала лепишь из пластилина, отливаешь из гипса, потом делаешь папье-маше, вставляешь механику, чтобы пасть открывалась. Не очень быстрый процесс. Он красный, синий, зеленый — очень яркий, непривычный для нашего города. А в Японии такие цвета в порядке вещей. Хочется, чтобы и у нас были радостные, солнечные драконы.

Все хотят сфотографировать самого большого дракона.

Белый дракон опять заводит свою пластинку, это уже слегка надоедает.

— Мои драконы — добрые, они рассчитаны на детишек, — продолжает Марина Орлова. — Ящерица или тритончик, которых мы так любим, — это ведь тоже дракон. И древний птеродактиль — тоже его предок. Вообще с драконами не страшно, они такие красивые, фактурные животные. А я люблю смелых, сильных и мудрых личностей. А дракон, я считаю, — это личность. Вот директор нашего музея Галина Николаевна Варенюк — Дракон. И она очень этому рада. Она многого в жизни добилась благодаря своему смелому полету.

Других здешних драконов сделали дети из художественных студий, подростково-молодежных центров и домов творчества.

— Мы уже не первый раз выставляем работы детских студий. И на их примере очень хорошо чувствуется, чем отличается ручная работа от того, что продается в магазине. У нас всё — живое, — говорит куратор выставки Ольга Костерина. — Если бы мы не предупредили, что здесь есть и драконы, сделанные детьми, — посетители, может быть, и не заметили бы разницы.

Русский дракон — трехголовый Змей Горыныч.

У выхода с выставки стоит змей, которого сделали студенты Театрального института. Это «Дракон Шварца», он же «Дракон 90-х годов». Три головы: чиновник, «новый русский» и милиционер. Такие гадкие, что все, говоря словами Гоголя, плюют, когда проходят мимо. Тут на прощание как-то весь флер спадает, и вспоминаешь, что с драконами не всегда получается договориться по-хорошему. Для равновесия надо бы устроить выставку рыцарей Ланцелотов. Но где ж их столько взять?