Илья МЕДВЕДЕВ: Когда люди жарят шашлыки на берегу, я лезу в воду

Кандидат на участие в Олимпиаде-2012 не верит, что гребля в Питере умирает

Байдарочник Илья Медведев — гребец уже в третьем поколении. Чемпионами СССР в этом виде спорта становились его дед и бабушка по материнской линии, Федор и Фаина Кузнецовы, причем Федор шесть раз получал золотые медали. А родители лидера нынешней сборной России — известные петербургские тренеры по байдарке. И старший брат Ильи Сергей — тоже байдарочник. Так что путь его в лодку, что называется, был предопределен с детства.

Путь Ильи в лодку, что называется, был предопределен с детства. Фото: Бориса ОСЬКИНА

— Родители с детства видели во мне гребца, — начал нашу беседу Медведев. — В нашем семейной архиве хранятся фотографии, где видно: я сижу в байдарке в пятилетнем возрасте. Но не скажу, что не хотел из нее вылезать. У меня хорошо получалось в легкой атлетике, плавании, лыжах. Пришлось родителям слегка надавить на меня.

— Вы не жалеете об этом? Все-таки гребля в Питере — вид спорта непрестижный...
— Нет. Потому что стало получаться, когда я сформировался, к окончанию школы. Все-таки мои родители знают в своем деле толк — умеют выращивать из новичков больших профессионалов. К тому же гребля — очень романтичный вид спорта. Окружают тебя солнце, воздух, вода, лес на берегу — все, что душе угодно!

— А не влекла ли в старших классах школы вас другая романтика на воздухе — с костерком, шашлыками, алкоголем, девушками?
— Поначалу я действительно предпочитал не греблю, а другие виды спорта — с удовольствием бывал в чаше бассейна или на легкоатлетическом стадионе. Но теперь нахожу в гребле очень много плюсов. Одни награды чего стоят: я стал бронзовым призером прошлогоднего чемпионата Европы. Участвовал в Олимпиаде в Пекине, наша четверка пробилась в финал.

— Что говорили одноклассники, которые знали о вашем пристрастии? Они не смотрели на вас как на чудака, бредущего с байдаркой на плече по берегу?
— Почему только одноклассники? И сейчас люди так смотрят, когда я иду на тренировку, спускаю байдарку на воду. А на берегу компания шашлыки жарит, зовут присоединиться. Я-то «парюсь», тренируюсь… Но не жалею. Это моя работа.

— А как ваша жена или подруга переносит вашу постоянную занятость?
— А я пока свободен. И не потому, что девушке не понравились бы мои постоянные тренировки, а потому, что я считаю, мне это еще слишком рано.

— Как получилось, что вы представляете еще и Челябинск?
— У меня напарник по четверке был из Челябинска, Антон Васильев, и он позвал меня в 2006 году, когда здесь, в Питере, состояние с греблей было совсем уж аховое. Денег совершенно не платили — тысячи четыре в месяц. Я даже думал завязать со спортом. Но тут старший тренер Челябинской области по байдарке Василий Рыбаков предложил мне оформить параллельный зачет, переведясь на учебу в УралГУФК, но при этом не разрывая связей с Петербургом. Челябинск тогда был выходом. Ну а теперь, к счастью, навели порядок и в Федерации по байдарке и каноэ, и в спорткомитете — стипендию платят такую, что на нее жить можно.

— Но говорят, что гребля в Петербурге умирает...
— Меня возмущает, когда так говорят и при этом опускают руки. Надо больше работать.