Прописка стала важнее орденов и медалей

Вчера судебная коллегия верховного суда РФ признала законность 10-летнего ценза для ветеранов Великой Отечественной войны в Петербурге

Судебное заседание началось с опозданием на два часа. Ожидание казалось бесконечным. В конце концов судебная коллегия Верховного суда под председательством судьи Хоменкова заняла свои места и позвала участников кассационного спора в зал.

Таким образом, заседание ВС РФ по рассмотрению кассационных жалоб ветеранов Буйневич, Галиной, Курятникова, Балковой на решение Городского суда СПб, отказавшего им в отмене нормы о 10-летнем цензе оседлости, началось.

Со стороны заявителей присутствуют все их представители. Из ответчиков приехала сотрудник юридического управления ЗакСа СПб Наталья Лыжова, а также представители губернатора и жилищного комитета Ксендзов и Платов.

Поначалу казалось, что для ветеранов все закончится хорошо. Судья дал высказаться всем представителям заявителей. Юрисконсульт горячей линии «36 квадратных метров» Татьяна Смирнова привела суду доводы заявителей, провела анализ Жилищного кодекса РФ, Федерального закона «О ветеранах» и ветеранского указа президента, в которых сказано, что все ветераны должны быть обеспечены жильем, но ничего не сказано про ценз оседлости. Также она привела примеры из практики самого ВС РФ, которой было запрещено в субъектах РФ вводить дополнительные ограничения на получение мер социальной поддержки.

Судья, задавая вопросы Смирновой, признал, что ветераны — особая категория граждан. Но конечно, других выводов до вынесения решения он себе позволить не мог.

Потом слово взял представитель Евдокии Балковой. Он напомнил суду, что средства на ветеранов выделяются из федерального бюджета. А следовательно, региональные нормы препятствуют в получении ветеранами этих целевых средств.

Судья Хоменков и тут согласился: вслед за указом президента должны были последовать поправки в законы Петербурга, касающиеся обеспечения жильем ветеранов.

Высказался и сын Виктора Курятникова.

После чего слово взяла Наталья Лыжова. Начала говорить то же, что говорила на всех заседаниях, — что город, если снимет для ветеранов ценз оседлости, не справится со всеми, кто в него хлынет. На что суд заметил, что город-то тут ни при чем, что деньги на жилье ветеранам идут федеральные. Лыжова начала объяснять, что эти деньги — субвенции, а субвенции, по ее словам, это совместные средства. Судья остановил ее, сказав, что она путает понятия из Бюджетного кодекса РФ. Субвенции — цельные средства, совместные же — это субсидии.

Потом Лыжова заявила, что 10-летний ценз оседлости создает порядок в постановке граждан на жилищный учет, и этот порядок (мы бы сказали — «орднунг») менять нельзя ни в коем случае, иначе начнется неразбериха и многие очередники не смогут получить квартиры. Подытожила же представитель ЗакСа свое выступление тем, что начала переходить на личности заявителей. Мол, Курятников — липовый участник, да и другие заявители имеют сомнительный статус льготников.

Представитель губернатора Петербурга Ксендзов заявил, что полностью поддерживает Лыжову. Платов, как всегда, молчал.

Точку всему поставила представитель Генпрокуратуры. Она лаконично заявила, что согласна с решением Городского суда о сохранении ценза оседлости.

После чего суд удалился на совещание. Волнение было нешуточным. Но вот коллегия вышла, и Хоменков огласил резолютивную часть: сохранить решение Городского суда в целом.


После заседания у корреспондента «ВП» сложилось впечатление, что это сговор, — вроде все соглашаются, что ветераны заслужили иное отношение, что они имеют право на жилье, несмотря ни на какие цензы оседлости. Но решения при этом принимаются против них, как будто кто-то уже заранее это решил. Кто?