Цените людиков

Совсем скоро — 23 сентября — начинается фестиваль «Послание к человеку»

На днях на Невском снималось кино. Все как положено — камера, съемочная группа, крики «Мотор! Поехали!». И даже девушка с хлопушкой, на которой мелом что-то нацарапано.

Работает съемочная бригада Алексея Учителя. Фото: Натальи ЧАЙКИ

Если приглядеться и прочитать, что написано на хлопушке, можно понять: работает съемочная бригада режиссера Алексея Учителя. Правда, самого Учителя тут нет — оказалось, он на каких-то других съемках. Досадно.

Но тогда за вопросом, что тут, собственно, происходит, нужно обратиться к кому-то другому.

Руководил процессом один из организаторов фестиваля «Послание к Человеку», куратор программы экспериментального кино Михаил Железников. Фестиваль, кстати, начинается уже совсем скоро, 23 сентября.

— Ролик, который мы снимаем, будет показан на церемонии закрытия фестиваля, 30 сентября. Мы останавливаем проходящих мимо горожан и предлагаем им продолжить фразу: «Самое важное — это...» — рассказал мне Михаил Железников.

— И сколько человек вы хотите опросить?
— Ну, мы тут постоим часов до пяти... Сколько будет петербуржцев — столько и спросим. Пока все не кончатся. Кстати, и наши коллеги в Москве тоже работают над своей частью ролика. Надеюсь, всё это получится забавно.

— А как бы вы сами ответили на вопрос «Что самое важное?», — спросил я.
— У меня, наверное, нет никакого конкретного послания к человечеству. Разве что послание к петербуржцам. Хочу рассказать, что фестиваль у нас развивается, а программа остается неизменно интересной. Будет более ста премьер авторских фильмов со всех уголков мира — Южной Кореи, Италии, Испании, США и других стран. Особенно на закрытии «Послания к Человеку» будет много... разного. Не могу пока вам сказать, чего именно, — это сюрприз. Так что приходите!

Прохожие охотно останавливались и говорили в камеру о вечном. Фото: Натальи ЧАЙКИ

Я стал наблюдать. Прохожие охотно останавливались, говорили в камеру о вечном.
— Что, уже можно говорить, да?.. Люди, не будьте равнодушными! Цените друг друга, любите и уважайте! — сказала петербурженка, ежась от холодного дождя, хлеставшего ей за шиворот пальто. — Ну как, правильно я все сделала?
— Правильно! — ответили ей.

— Может быть, и вы что-нибудь скажете на камеру? — спросили меня люди из съемочной группы.
Я подумал и понял, что про самое важное ничего сообщить, к сожалению, не смогу. Тут разве что руками помахать.

— И я не буду ничего говорить, пожалуй, — решила молодой режиссер-документалист Ксения Охапкина, стоявшая там же, поблизости. — За меня пусть лучше мой фильм скажет.
— Он участвует в «Послании к Человеку»?
— Да. Фильм называется «Людики».

— Это что — люди, только маленькие?
— Это название малой народности. Они из карелов. По-карельски будет «людилайне». Их осталось пять тысяч, на родном языке говорит всего тысяча. Я сняла жизнь трех людиковских деревень.

— А как вы думаете, что бы людики ответили на вопрос о самом важном?
— Меня поразило, насколько они отличаются от нас. Вот мы говорим про «самое важное», пытаемся «осветить какую-то тему». То есть во мраке, в темном пространстве появляется некий светоч и своим лучом все освещает.

А людики — они ничего не освещают. Они просто живут в этом мире, и он для них гармоничен и открыт. В одной деревне, например, не запирают дверей. Если человек куда-то выходит, он просто приставляет к дому специальную палочку, которая обозначает, что никого нет, можно не стучать. И никто не ворует. И к смерти они относятся очень легко: для них что упало дерево, что человек умер — все это в порядке вещей.

— Прямо по Толстому…
— Да, Льву Николаевичу они бы точно понравились.