Храните белье в холодильнике

В Петербурге, в отличие от Нью-Йорка, такие жаркие дни — редкость. Сетования на холодное лето, всевозможные анекдоты и шуточки на эту тему у нас чрезвычайно популярны. И вот, в кои-то веки, температура доходит до плюс тридцати пяти!

Меня всегда завораживал старый фильм Билли Уайлдера с Мэрилин Монро «Зуд седьмого года». Действие там происходит в Нью-Йорке 1955 года, летом, в дикую жару. Город раскален, асфальт плавится, никаких кондиционеров еще нет и в помине, а трудяги-вентиляторы не справляются со зноем. Все, кто мог, сбежали из города, остались только мученики, прикованные к своим конторам, в которых плавятся от жары, зарабатывая на хлеб насущный себе и прохлаждающейся на даче семейке.

Мэрилин Монро сыграла там одну из своих самых знаменитых ролей. Чего стоят два эпизода — первый, где она признается, что хранит белье в… холодильнике (не взять ли на заметку?). И второй — хрестоматийный — где она в белом платье стоит на вентиляционной решетке метро, и проходящий под землей поезд заставляет ее плиссированную юбку взлетать вверх, открывая стройные ножки.

В Петербурге, в отличие от Нью-Йорка, такие жаркие дни — редкость. Сетования на холодное лето, всевозможные анекдоты и шуточки на эту тему у нас чрезвычайно популярны. И вот, в кои-то веки, температура доходит до плюс тридцати пяти! На мой взгляд, это необычайно интересный жизненный опыт. Чего стоит наблюдение за сменой стиля жизни петербуржцев — за тем, как постепенно спадают покровы, укутывающие обыкновенно посиневшие от холода тела, а вместе с покровами — и некоторые моральные принципы. Так, надменные петербургские мужчины, которым, кажется, до девушек нет никакого дела, постепенно превращаются в темпераментных южных мачо, оценивающе поглядывающих на декольте, мини и микроскопические шорты. Деловитая торопливость и суета уступают место расслабленной походке, словно люди все поголовно на каникулах и не бегут по делам сломя голову, а просто прогуливаются.

На улицы выплескивается светская и культурная жизнь. Один за другим следуют концерты и выставки под открытым небом: во дворах Зимнего дворца и Михайловского замка, в Павильоне роз в Павловске, в парке Монрепо в Выборге, на пляже Петропавловской крепости…

Но человек так устроен, что всегда недоволен тем, что имеет. Все чаще слышится нытье: «Надоела эта жара! Лучше бы тридцатиградусные морозы, ах, лучше бы снега по пояс, чем это пекло!»

Недавно мы с вечёркинским фотографом Натальей Чайкой, возвращаясь под палящим солнцем через Марсово поле из Мраморного дворца,  наткнулись на диво дивное — на кусте сирени висели елочные игрушки. Жаль, что человек, которому пришла в голову эта идея, не оставил своего имени. Ведь это почти художественный жест, попытка воплотить в реальность свою страстную мечту о зиме.

Ах, милый неведомый художник! Зачем же торопить события?  Скоро, слишком скоро придут холода, начнется вечный петербургский мартобрь, надо будет заклеивать окна, писать жалобы на жилконтору, не желающую подключать отопление… Потом повалит снег, занесет даже саму память о прекрасной жаре, а люди опять начнут проклинать холода и мечтать о лете.
 

Фото Натальи ЧАЙКИ