«Рисовано по впечатлению зимой 1942 года…»

В Гербовом зале, сияющем золотом, черно-белый рисунок блокадной поры, который демонстрируется на специальном стенде, кажется еще более лаконичным и даже аскетичным. На рисунке, выполненном литографским карандашом на мелованной бумаге, рукой Никольского сделана надпись: «Рисовано по впечатлению зимой 1942 года в Ленинграде».

В Эрмитаже решили Отметить юбилей Победы по-музейному.

В Гербовом зале, сияющем золотом, черно-белый рисунок блокадной поры, который демонстрируется на специальном стенде, кажется еще более лаконичным и даже аскетичным. Только черное и белое, только эскиз, легкий абрис фантастической идеи, которая пришла в голову знаменитому архитектору Александру Никольскому лютой зимой 1942 года в ледяном подвале Зимнего дворца — в знаменитом бомбоубежище номер три, где выживали как могли многие представители творческой интеллигенции Ленинграда, не покинувшие осажденный город.

На рисунке, выполненном литографским карандашом на мелованной бумаге, рукой Никольского сделана надпись: «Рисовано по впечатлению зимой 1942 года в Ленинграде».

В самое страшное время, когда враг наступал, когда город был взят в осаду и воцарился голод, он думал о… триумфальной арке, через которую в Ленинград должны будут войти победившие войска.

22 января 1941 года Никольский записал в своем дневнике, который (вот еще одна интеллигентская привычка!) он вел даже в самые тяжелые времена: «Я твердо верю в скорое снятие осады и начал думать о проекте триумфальных арок для встречи героев — войск, освободивших Ленинград. Специалист должен быть готов всегда — я и готовлюсь, не ожидая понукания извне. Арки, я думаю, правильно проектировать с учетом отсутствия всего: материалов, физической силы у рабочих, а главное — времени».

Легкая, изящная арка взметнулась вверх над проспектом Стачек в Автове — районе, где Никольский много строил в тридцатые годы. Она увенчана фигурой советского солдата с винтовкой в руках.